«И слава Богу» — пронеслось в голове Якова Прокшинича, но естественно ответить пришлось совершенно другое.

— Очень жаль, а мы уже почти добрались до Боротно. Там наверняка ожидают. Попировали бы, чтобы не просто так новости рассказывать, а еще и память добрая осталась о встрече.

Алексей Сбыславич ненадолго задумался, потом с улыбкой принял предложение соседа и под промелькнувшее во взгляде хозяина раздражение присоединился к процессии.

— Очень любопытно будет посмотреть, как деревня изменилась за последний год, Яков Прокшинич. Доходили до меня слухи, что скоро это будет уже и не деревня, а городок небольшой. Как же это ты так устроил?

— Слухи это, друг мой. Как бы мне ни хотелось, но деревенька не большая, но люди подобрались добрые, трудолюбивые.

— А как же смута по прошлому году?

Лицо Якова Прокшинича с этот момент излучало не самые добрые намерения, правда это относилось не к соседу, а к людям, которые распространяли эти слухи. Уже больше полугода, абсолютно каждый его знакомый или с кем просто приходилось общаться, спрашивали его про эту несуществующую смуту, и это все никак не заканчивалось. Складывалось такое ощущение, что это вообще была очень дурацкая шутка и она порядком затянулась.

— Не было никакой смуты, друг мой. Сказывал же тебе еще по осени, все там впорядке. Да ты скоро и сам убедишься.

— Сказывали мне, что ты еще дружину увеличил, с последней нашей встречи. Справишься ли почти шесть десятков воинов снаряжать в походы? Сила очень не малая, а людей у нас с тобой маловато. Я вот до сих пор на восстановление порушенной деревни силы собираю.

— Не шесть десятков, Алексей Сбыславич. Чуть больше четырех только. Еще дюжина и еще пятеро лишь новики. Посмотрим, может быть останутся, а может и не справятся, тут уже как Бог распорядится. Но вот про то, что тяжеловато будет, тут соглашусь, зато сила у нас какая и о влиянии нашем подумать тоже стоит. Всем только лучше станет.

Рода Прокшиничей и Сбыславичей действительно объединяла помимо простого соседства земель, еще и общая политическая позиция, можно назвать это кланом или даже грубо группировкой, что в принципе не так уж сильно разнится с названием. В 13 веке главной политической силой была военная и люди стремились объединяться в группы, чтобы вес их слов был сильнее. Защита собственных земель конечно тоже повод для увеличение дружины, но больше чем требовал князь с выданной земли, выставлять смысла особо не было, в большие походы все равно набиралось еще и ополчение. А вот при дворе князя, или между собой, особенно если собеседники оказывались из разных кланов, вот тут размеры личной гвардии имели прямое соотношение.

— Весть же я тебе вез, Яков Прокшинич. Тати опять по землям гулять стали. Молва доносит, что и на наши земли зайти могут.

— Опять? Ни одного года роздыху! — шумно выдохнул боярин, хотя нисколько не удивился.

В принципе он и сам был бы не против сходить в чужие земли за добычей. Особенно теперь, когда его дружина подросла и нужно больше средств тратить на ее содержание. Но приглашения от новгородского князя пока не было, да и не предвиделось. Это место по прежнему занимал ребенок, которому только только исполнилось 6 лет. А другого повода пока что не нашлось.

— Ого, вот это ты развернулся. И правда не узнать место, а всего лишь год прошел.

***

Не очень часто в последнее время им доводилось поработать вместе или даже просто встретиться, дальних работ в деревне значительно прибавилось, а возвращение сильно уставшим и затемно не сильно способствуют к организации посиделок. Но сейчас, в связи с кучей новой строительной работы, их собрали в одну группу.

— Ты когда уже перестанешь метаться от работы к работе? Что по душе то больше, все никак не выберешь?

Во время небольшого перерыва Незван и Заяц сидели на телеге и болтали ногами, ожидая возвращения дядьки.

— Скучно у них как-то. Вначале интересно, а потом одно и то же.

Как только они трое решили уже окончательно перебираться в Боротно, их стали направлять к разным мастерам во временные подмастерья. И опыту немного набраться, и помочь в работе, а если повезет, то может быть и обнаружить в них таланты к определенным делам. Если Незван быстро пришелся по душе и остался у кузнеца, а Гусь понял, что в ученики уже в силу возраста не годится, то Заяц бегал от мастера к мастеру по совершенно другой причине. Слишком быстро он осваивал все, чему его старались обучить и так же быстро ему переставало это нравится и работа начиналась через пень колоду.

— И чего тебе у Радогора не понравилось? Он тебя так хвалил.

— Тяжко там. Мне у него меньше всего понравилось. — развел руками Заяц, заприметив приближающуюся фигуру и спрыгивая с телеги.

— Да и мне было по началу тяжко, а сейчас уже и ничего, попривык. Зато какие вещи делать научился!

— Видел я те вещи, добрый инструмент для плотника дядька Радогор сделал. Я такие и не видел ни у кого. И в работе удобно и крепкие, он очень их нахваливал. Но мне у дядьки Млада больше понравилось.