Генерал, выяснивший у меня несколькими наводящими вопросами, зачем мне понадобились казаки, немного подумал и произнес:

— Найти несколько надежных человек большой проблемой не станет. Но вот хватит ли такой охраны?

— Речь идёт не о нескольких бойцах, а, как минимум, о сотне.

— У меня большие планы на пребывание Татьяны за границей. — Тут же ответил я, внимательно отслеживая реакцию генерала.

Тот, пожевав губами, задумчиво осмотрелся, как будто кого-то выглядывая, и предложил посвятить в мою тайну ещё одного человека, как раз казачьего полковника. По его словам, человек это адекватный и, если его получится убедить в моем иномирном происхождении, он поможет с нужными людьми без проблем и отберёт лучших. Этот полковник и так бы помог, он оказался генеральским должником. Но, если перетянуть его на свою сторону, то отдача может быть в разы более действенной.

Пользуясь случаем, я задал ещё один вопрос:

— Уже не помню, в какой из книг я вычитал, но сейчас вспомнил очень интересную информацию. Вроде бы в крепостях, расположенных по западной границе, хранилось приличное количество ручных пулеметов, которые так и остались невостребованными до конца войны. У вас же есть возможность провести проверку арсеналов крепостей на наличие там этих самых пулеметов? Очень такое оружие пришлось бы ко двору. И ещё один момент. Набранную сотню казаков я хотел бы немного потренировать сам. Мне с ними в бой идти, поэтому, думаю, что это не будет лишним.

На словах про бой генерал встрепенулся и произнес:

— А я думал, что Вы поможете штабу в руководстве операцией.

Я тяжело вздохнул:

— В этом нет никакого смысла. Ваши офицеры понимают в руководстве войсками на порядки больше, чем я. Не моё это. Подсказать направление, куда двигаться, это да. Со стороны увидеть, где и как можно сделать лучше, тоже да. Но вот руководить и в деталях разрабатывать планы -это не моё.

Помимо того, что я рассказал о будущем, смогу ещё помочь в подготовке разведгрупп. Этому меня учили, много чего смогу подсказать. Также смогу поведать о тактике штурмовых подразделений. Больше с меня взять нечего. Поэтому, как только будет прорван фронт, я со своими казаками, если они, конечно, будут, сразу уйду в тыл к австрийцам и постараюсь обеспечить будущее своей женщины.

С последними моими словами от двери раздался короткий полу всхлип, а через мгновение оттуда прозвучал голос Татьяны:

— Я тогда тоже вместе с тобой, в тыл.

Чтобы не устраивать разборки на виду у генерала, я только и произнес в ответ:

— Обсудим это позже.

С появлением Татьяны разговор как-то сам собой скомкался. Поэтому, почти в тишине мы попили кофе, покурили, и генерал засобирался уезжать.

Уже на улице сказал, что за нами приедут рано утром, в связи с чем собраться и подготовиться к переезду лучше с вечера. Я на это только утвердительно кивнул и, распрощавшись, вернулся в особняк.

Там, как и следовало ожидать, меня ждал тяжёлый разговор с Татьяной. Уперлась девчонка и стояла на своём насмерть. Пойду вместе с тобой, и все тут. Хоть кол на голове теши. В итоге, чтобы совсем уж не разругаться в хлам, я решил пока отложить эти разборки. Когда начнутся тренировки с казаками, покажу ей наглядно всю несостоятельность её притязаний. Всё-таки, я планирую погонять местных бойцов по полной программе. Это будет полезно, да и сам хоть маленько приведу себя в порядок. Как не крути, а я сейчас нахожусь не в лучшей форме. Да и про возраст забывать нельзя. Хотя, надо отметить, что чувствую я себя сейчас прекрасно. Не как в молодости, но вполне ещё ничего.

Не зря говорят, что любой переезд равносилен пожару. Если мне собирать в дорогу было практически нечего, то у Татьяны с вещами было все в порядке. Как-то доставка её вещей в особняк прошла мимо меня, и я не видел масштабов бедствия. А сейчас оценил. Выделенная нам пролетка, при всем желании, не могла вместить пять объемных чемоданов, принадлежащих графской дочке. Поэтому пришлось договариваться с штабистами, для переезда которых выделили целый мини обоз, и грузить имущество в одну из их телег.

Вот уж кто точно удивил количеством перевозимых вещей. Я почувствовал себя нищим на фоне этих офицеров. Некоторые из них перещеголяли Татьяну в количестве барахла, таскаемого за собой. Не армия, а сборище коробейников какое-то.

Как выяснилось чуть позже, я был не прав, подозревая офицеров в барахолистости. Львиная доля перевозимого ими имущества оказалась штабным. Они таскали за собой все, начиная от всевозможных документов, и заканчивая письменными принадлежностями вместе с мебелью.

Сам переезд занял практически весь день. Вроде и небольшое расстояние, а преодолевали мы его половину дня, вторую половину — обустраивались.

Всё-таки, когда надо, предки умели работать. Не знаю, что генерал сказал интендантам, и чем их так мотивировал, но к нашему приезду, на месте будущего лагеря стояли не только палатки, а были оборудованы даже отхожие места. Более того, нам с Татьяной (да и штабистам тоже) по палатками ютиться не придётся. Для нас арендовали помещичий дом, расположенный рядом с деревней, притом, довольно просторный. В самом доме поселились штабисты. Мы с Татьяной ушли жить в подобие летнего домика, расположенного хоть и на территории усадьбы, но чуть на отшибе, рядом с небольшой заводью протекающей рядом речки. Райское место, по-другому не скажешь. Сразу за рекой начинался пологий склон горы, поросший буковым лесом. А, учитывая то, что наш домик стоял как бы на небольшом мысу, и речка изображала здесь подкову (собственно, как и гора на другом берегу), складывалось полное ощущение, что мы поселились посреди леса.