Понятно, что из меня бизнесмен ещё тот. Но не надо быть гуру экономики, чтобы посоветовать, к примеру, направление вложения средств в авиации. На дирижабли надо забить, в проектирование и постройку самолетов — вкладывать.

Примитивно объяснял, но действенно. Умница Татьяна впитывала сказанное, как губка, и задавала очень даже правильные вопросы. На удивление, девчонка оказалась очень подкованной во всем, что касалось правильного вложения денег. Я даже пожалел на миг, что никогда не интересовался всякой мутью, связанной с игрой на бирже.

С удивлением я узнал, что Татьяна очень даже небедная, по местным меркам, невеста. Даже, если у меня не получится добыть ей средства, как я планирую, бедствовать за рубежом она не будет.

Мы гуляли, разговаривая, пока не проголодались. Поэтому обратно возвращались уже совсем не прогулочным шагом.

Так и прошёл день, спокойно, в полном безделье, а закончился баней. Сам напарился так, что даже вода в реке не казалась холодной, и Татьяну вениками отходил по-человечески. Спал, как младенец, вообще без сновидений. Проснулся совсем не рано.

Расслабился, поэтому и не сразу включился, когда появился жизнерадостный казачий полковник и уведомил, что первых кандидатов на переселение он уже привез.

Пришлось идти в полевой лагерь. Надо познакомиться с людьми и посмотреть на потенциал, отобранный полковником. Оценить, так сказать. По дороге Иван Ефимыч рассказал о последних новостях. Приезд Великого князя со свитой буквально парализовал работу штаба, отчего Брусилов нервничал и сильно злится. Если коротко охарактеризовать работу этого самого Великого князя по проверке всего и вся, то это был непрекращающийся бал и безудержная пьянка. Не в таких, конечно, масштабах, но близко.

Беда в том, что фронт сейчас, по сути, остался без командования высшего офицерского звена. Все мало-мальски значимые командиры съехались для встречи Великого князя в надежде засветиться и поиметь какие-нибудь плюшки. Надо сказать, что шансы получить нежданчиком какую-либо награду у них были неплохие. Ведь основной обязанностью этого князя было наградить непричастных, наказать невиновных. Народ об этом прекрасно знает.

Полковник привез и хорошие новости. Пулемёты, о которых я между делом поведал Брусилову, действительно нашлись в арсенале крепостей. Генералу удалось наложить на них руку. Их соберут и доставят сюда в течение нескольких дней. Для этого специально задействовали самолёты.

Услышав последнее слово, я с трудом удержался, чтобы не стукнуть себе по лбу. Это же надо быть таким дятлом, чтобы даже не задуматься о подобной возможности доставить диверсионные группы непосредственно к месту проведения акций!

Ладно местные. Они пока слабо себе представляют, как можно эффективно использовать подобную технику. Но я-то должен был подумать о подобном ресурсе!

Так мы и дошли до лагеря, где наблюдалась активная суета. Полковник с улыбкой на все лицо, а я хмурый, как грозовая туча.

Знакомясь с прибывшими казаками, я то и дело поглядывал на полковника. Мне стало слегка непонятно. Он специально отбирал сюда уже зрелых бойцов, которым в среднем было лет, наверное, по тридцать пять? Я почему-то представлял себе, что он притащит молодых, двадцати, максимум тридцатилетних парней, а тут такое. Закончив со знакомством, уже на обратном пути я задал вопрос, чем он руководствовался, отбирая людей именно такого возраста.

Тот ухмыльнулся в усы и ответил:

— Эти три десятка человек, которых я привез, будущий костяк нашего отряда. Все они имеют унтер-офицерские звания, прошли огонь и воду. Не переживай, Александр Александрович, не подведут. Остальная часть отряда будет помоложе. Я же понимаю, что и рядовой состав необходим. Отбираю лучших, сам ведь с ними пойду.

По возвращении, полковник умотал отдыхать, а я взял лист бумаги, карандаш и засел за писанину. Вспомнил про авиацию, в голове появилось множество идей, которые, чтобы не забыть, я решил перенести на бумагу.

Сидя над этими записями, я чётко и ясно осознал, что занимаюсь херней, находясь вдали от Брусилова. У нас нет столько времени, чтобы его бестолково терять. Здесь по-хорошему надо бы в тесной связке работать. Как только в голову пришла мысль, её надо обсудить и по-быстрому приступить к реализации. Иначе нам просто не успеть все сделать к назначенному сроку.

Подобные мысли пришли в голову не только мне, потому что во второй половине дня у нас появился Брусилов, собственной персоной.

В первую очередь, как водится, его и сопровождавших людей накормили, а потом ушли с ним в беседку, где и смогли спокойно поговорить.

Генерал в этот раз был на взводе и не особо сдерживался в выражениях.

— Признаться, я не до конца верил Вашим рассказам о ждущей нас участи. Сейчас, глядя на поведение Великого князя и его свиты, зная, чем все закончится, ясно осознаю, что мы заслужили такой судьбы. Им глубоко начихать, как на военную кампанию, в частности, так и на судьбу страны в целом. Прогнили и превратились в сорняк, который так или иначе надо выполоть.