— Я ведь тебя предупреждала… — подойдя к ней, тихо произнесла Карэн, успокаивающе взяв её за руку.

— Да… но… но… — испуганно задрожала она.

— Всё будет хорошо… ты не сделала ничего серьёзного, а значит и он тебе не сделает ничего серьёзного…

Я понимаю, что Карэн так её захотела утешить, однако для меня это прозвучало как: «Не переживай, он не изобъёт тебя, как Тони, — всего лишь ударит разок-другой в животик и всё.».

В общем, как по мне, — так себе утешение.

А что более ещё «так себе» так это то, что хоть Карэн и из влиятельного рода, и может помочь обоим своим друзьям, однако этого не делает, пускай и дружит с тем же Тони уже как три года, а со Стеллой вообще уже лет как восемь.

Но с другой стороны — у неё и выбора и иного нет — она не может вот так вот по собственному желанию брать и влезать в разборки с другим родом, не посоветовавшись, как минимум, с главой своего рода. А если пойдёт советоваться насчёт подобного, то почти наверняка всегда получит полный отказ — мало какой из родов станет влезать в противостояние с другим родом из-за каких-то школьных разборок. А в конкретно данном случае разборки ещё будут с родом, находящемся в другой Империи, а это уже нарушение мира меж двумя Империями…

Короче — в это точно ни один нормальной род не влезет по собственной прихоти.

— Пошлите, что ль, на трибуны сядем, — сказал я, — а то я три года хотел увидеть, как Тони отделают по полной.

После этих слов они обе резко посмотрели на меня своими острыми взглядами.

— Ты…

— Эди…

— А что я? — поднял я руки. — А я ничего. Как по мне, так он заслужил один раз получить по полной.

На это обе девушки лишь продолжили обвинительно и озлобленно смотреть на меня.

— Ну, как хотите, — и сказав это, я развернулся и направился в центр трибуны, желая увидеть этот бой с наилучшего ракурса.

И хоть они и смотрели на меня такими осуждающими взглядами, однако не успел я даже присесть на выбранное местечко с наилучшим видом, как они пошли следом за мной, и уже менее чем через минуту Карэн со Стеллой сидели на соседних стульях, справа от меня, наблюдая как Тосио и Тони, скинув пиджаки рядом с собой, медленно разминаются.

— Слушай, его волосы и глаза, — начал я, прервав наше молчание, — он ведь не принимает дополнительные подавители?

— Да, — ответила Карэн.

— А почему? Разве у аристократов это не считается чем-то зазорным на уровне повышенного либидо?

— Считается. И вообще — повышение либидо попросту является лишь самым известным фактором развития Дара. На самом же деле Дары повышают не только инстинкт размножения, но и в принципе все инстинкты, свойственные людям. Поэтому, дабы не уподобляться неразумным животным, люди и придумали подавители, которые временно блокируют повышение инстинктов. Ввиду же своей эффективности и ценности со временем подавители стали ассоциироваться с аристократией. А аристократы подхватили это, введя в норму сокрытие своих низменных желаний, отсюда и неприязнь к тем, кто показывает своё подчинение инстинктам.

— Значит, отчасти ещё поэтому на меня весь день так пялились с отвращением?

Карэн обернулась ко мне и окинула меня взглядом, сказав лишь:

— Это ужас. Прошёл весь день, а ты так и ходишь с растрёпанными волосами, с незастёгнутой и незаправленной рубашкой, и с небрежно свисающим с тебя галстуком… — и добавила чуть тише: — Это не говоря ещё о засосах…

— Выходит, с точки зрения аристократов я ужасен? — усмехнулся я.

— Не то слово, — ответила она с каменным лицом, переведя взгляд на Тосио. — Но с точки зрения аристократии и его внешний вид ужасен.

— Как раз из-за его цвета волос и глаз?

— Угу, — кивнула она. — При развитие Дара не только повышается тяга к инстинктам, а ещё, по какой-то до сих пор неизведанной причине, так же меняется и цвет волос с цветом глаз. Причём, чем сильнее развит Дар — тем более яркий будет цвет волос и глаз. И тут дела обстоят так же, как и с низменными желаниями — чем более ты проявляешь свою зависимость от них, тем ты более жалок. Естественно, из-за этого почти никто из аристократов не сохраняет свой настоящий цвет волос и глаз, используя, так называемые, «дополнительные подавители». И в отличии от обычных подавителей, действующий максимум неделю, эти действуют вплоть до половины года. Вколол такой раз в полгода — и всё, следующие полгода у тебя будут нормальные, по крайней мере по меркам аристократов, волосы и глаза.

— И из-за того, что Тосио по какой-то причине не использует дополнительные подавители, я и Тони сочли его изначально простолюдинами.

— Угу… Стой! Ты тоже спутал его с простолюдином?! — испугалась она, когда до неё дошли мои слова и их риск.

— Не переживай ты так, — выставил я руку, останавливая её. — Я же сам простолюдин, так что не стал бы грубить ему только из-за такой глупости.

— Ну да… не стал бы, наверное…

Что ещё за «наверное»? За кого она меня принимает?