– Кхым, – потупил взор Калистратис, – он да, подкинул мне парочку интересных идей. Вот только не всем они пришлись по нраву.

– Ладно, не буду спрашивать каких, – произнёс я.

Ворошить прошлое было делом не самым разумным, впрочем, разговор этот меня несколько успокоил. Я, по крайней мере, перестал злиться на Нодерляйн. Так-то, она, хоть и ректор, но не царь и не бог, чтобы делать всё только по своему разумению. Поэтому, вероятно, у такого поступка были причины.

Решительно поднявшись, я вновь подошел к двери, поднимая кулак для стука.

– Сильвия, открывай. Я уже не сержусь, – я вздохнул, – мне просто надо поговорить.

– Точно? – донеслось с подозрением оттуда.

– Точно, – вздохнул я ещё раз.

Замок дважды щёлкнул и дверь медленно распахнулась. Зайдя внутрь, я оглядел помещение, затем посмотрел на сидевшую за столом Нодерляйн.

Женщина была одета в узнаваемую броню боевого мага и держала руки на столе почти касаясь выложенных там боевых амулетов. Взгляд её был прищурен, а глаза, внимательно следили за каждым моим шагом.

– Ну не настолько я отморозок, чтобы нападать на собственного ректора, – буркнул я, уязвленный подобным, – ты же меня знаешь.

– Не скажи, как ты себя ведёшь последнее время, так я уже ни в чём не уверена, – произнесла Сильвия, – ты у нас сейчас любимчик богов, герой, море по колено.

“Я не такой!” – хотел было сказать я, но, взглянув на себя со стороны, вынужден был признать, что некоторая доля истины в словах женщины была.

Взяв за спинку стул, я отодвинул его от стола, так чтобы Нодерляйн могла видеть меня всего, сел, показал пустые ладони.

– Как видишь, я не вооружён и не опасен.

Вся моя злость, что кипела до этого внутри, как-то поутихла и стало даже немного стыдно. Потому, что когда тебя опасается собственный ректор, это ненормально.

Помотав головой, я добавил:

– Прости, что заставил тебя думать, что я опасен. Я никогда бы не причинил тебе вред, как и никому другому в Академии.

– Рада слышать, – буркнула Сильвия, чуть расслабившись, но руки от амулетов так до конца и не убрав, – так зачем пришёл?

Посмотрев на магичку, я чуть помедлил, думая, как лучше сформулировать вопрос, чтобы он не казался очередной претензией, затем медленно, подбирая слова, произнёс:

– Я понимаю, почему комиссия поставила такие оценки, я не понимаю, почему была именно эта комиссия?

– То есть, требовать пересмотра итогов экзамены ты не будешь? – приподняла одну бровь Нодерляйн.

– А это возможно? – приподнял я бровь в свою очередь.

– Нет, – ровно произнесла та, – но меня радует, что ты не стал пытаться. Значит понимаешь, что основания для таких оценок были.

– Если подходить строго формально, – да, – нехотя согласился я, – по уму…

– Вот! – оборвала меня женщина, поднимаясь с кресла и опираясь о стол, – именно что строго формально! Есть критерий, которому студенты должны соответствовать, стандарт, давным-давно единый для всех Академий. А твои ребятки этот стандарт не знают.

– Они знают куда больше.

– И кому это надо?

– Мне, – ответил я, упрямо задрав подбородок.

– Но не Империи.

– Империя просто пока не понимает всей выгоды, которую она получит, от появления магов новой формации.

– Зато она понимает кое-что другое, – резко ответила Нодерляйн, – что здесь происходит что-то вразрез установленных правил. Знаешь, как я удивилась, узнав, что в Академии находится и активно собирает на тебя компромат некий субъект. А ещё больше я удивилась, когда выяснила, что у него амулет дающий прав в Академии как бы не больше чем у меня. Как минимум потому, что даже не регистрируется в системе. Этакий призрак, гуляющий где захочет и не оставляющий следов.

– И как ты про него узнала?

Я почувствовал как внутри начинает образовываться комок, рождённый неуверенностью, опаской и толикой страха. Не ужели кто-то пронюхал, что вся нежить тут появилась из-за меня?

– Мы с Рагырдой в разведке тоже не просто так десять лет прослужили, – неохотно ответила Нодерляйн, – есть у нас свои методы. Кто такой выяснить не смогли, но явно прислан сюда от Совета магов. Похоже из-за этих твоих нововведений. Хорошо ещё, ему этих троек за экзамен хватило, чтобы успокоиться и свалить.

“Значит, всё-таки не из-за некромантии”, – подумал я и, с облегчением, выдохнул.