— Очень удобный путь для вывоза из Пульсара чего-нибудь ценного, — понимающе кивнула Валентина. — Например, серверных накопителей с архивом данных наблюдения. Неплохо придумано.

— И мы им эту информацию передадим, правильно я понимаю? — улыбнулся я. — Только подправим?

— Да, именно так, — Валентина тоже улыбнулась. — А ещё маячок поставим. И отследим всю цепочку передачи. Сколько тебе Медиатор обещал заплатить за артельщиков?

— Десять тысяч рублей, — пожал я плечами. — Пожадничал.

— Пожадничал, да, — Валентина расхохоталась, но быстро успокоилась. — Придётся подключать контрразведку. Или… Подожди…

Валентина уставилась в свой монитор.

— Что такое? — забеспокоился я.

— Нет, Алексей, всё гораздо хуже… — лицо Морозовой как-то резко осунулось. — Система произвела анализ связей как Фокса, так и Медиатора. Занимайся пока своими делами, мне надо кое с кем посоветоваться. И, Алексей… я ведь могу на тебя рассчитывать?

Последний вопрос она задала как-то совсем по-женски, подавшись вперёд и сжав кулачки перед грудью. Образ железной леди в этот миг куда-то испарился, Валентина смотрела на меня испуганными глазами. Пульс подскочил, она была очень взволнована.

— Конечно, — кивнул я, вставая. — Только хотелось бы понимать, в чём именно я участвую.

— Я постараюсь объяснить, насколько это возможно, — пообещала Валентина.

Секундная слабость прошла, она вернула свою обычную маску.

Рабочий день как-то быстро вошёл в свою колею. В первой половине дня я опять составлял компанию Островскому. Совал свой нос везде, где только можно. Будущую базу и всё, что с нею связано я должен знать так, будто родился здесь и вырос, — такую я поставил перед собой цель. Сейчас заканчивались общестроительные работы на северном участке крепостной стены, выходящей на берег Москвы-реки. Мы поднимались на строительные леса, и я мог видеть всю структуру укреплений. Мудрить с ними не стали. Снаружи стена была гладкой, так, что даже зацепиться не за что, а с внутренней стороны — покатой, да ещё и с рёбрами жёсткости. Учитывая, что это не средневековая каменная кладка, а современный железобетон с серьёзным армированием, я всерьёз начал задаваться вопросом — а от кого мы планируем за этими стенами защищаться? Чтобы их пробить, нужна современная артиллерия, не иначе!

Постепенно перезнакомился со всеми инженерами и прорабами. Кажется, Валентина переоценивала значимость своего присутствия на стройплощадке. Отлынивать или халтурить и так никто не собирался. Строительство шло даже с небольшим опережением графика.

Что интересно, часть строителей отправится вместе с нами в экспедицию. У таких часть дня была посвящена учёбе на полигоне. Базовую подготовку аномальщиков проходили все до единого. Стрельба, полоса препятствий, первая медицинская помощь — скидок ни для кого не было.

С утра подтянулись ещё девушки из близлежащих регионов, и теперь в «бабском взводе» было уже десять человек. Заметив Полину Стародубцеву, я поманил её рукой.

— Доброе утро, Алексей Вячеславович, — поздоровалась она.

— Доброе, — кивнул я. — Как там Завельев, ещё ни с кем не поругался?

— Как без этого! — Полина хихикнула в кулачок, но тут же вернула лицу серьёзное выражение. — Он с товарищем Чачанидзе выясняет, кто главнее. Я от греха подальше отпросилась на полигон.

— Кажется, пора вмешаться, — повернулся я к Островскому.

— Вмешаемся, — кивнул он. — Идите, занимайтесь дальше.

Это он уже Полине. Девушка убежала дальше наматывать круги, а Пётр нахмурился.

— Знания Завельева нам объективно нужны, но и Чачанидзе не студент. И самое плохое, ни тот, ни другой подчиняться своему коллеге не будет.

— Давай разведём их по разным участкам, — предложил я. — Пусть проведут демаркационную линию и не мешают друг другу работать.

— По сути, это дублирование получится, — нахмурился Островский.

— Так и хорошо, — пожал я плечами. — Мы даже трактористов дублируем.

— И то верно. Пошли растаскивать их, пока не подрались.

Растаскивать, к счастью, не пришлось. Почтенные учёные самостоятельно пришли к тому же выводу, что и мы, и разошлись относительно мирно. Всё свелось к тому, что Чачанидзе выполняет научную программу по заданию партии и правительства, а шарлатан Завельев может делать что хочет, его никто трогать не будет, но и он пусть ни во что не лезет.

По довольному виду «шарлатана» я понял, что именно этого он и добивался.

— Мне нужна своя лаборатория! — заявил он с порога. — И не хуже, чем у этих бездарей!

— Сделаем, что сможем, — успокоил его Островский. — А вы можете прямо сейчас заняться некоторыми сотрудниками?

— Алексей мне говорил. Главный инженер? — уточнил Сергей Вячеславович.

— Да, Бойко Геннадий Петрович, — подтвердил Островский.

— Да что мне имя! — отмахнулся Завельев. — ИТФ сколько?

— Это вы уж без меня. Я его к вам отправлю, а дальше сами, — Островский сделал пометку у себя в ежедневнике.