– Ты дурочкой-то не прикидывайся! Всё просто. Ты обещал людям, что они станут вровень с тобой. Что обретут новые небывалые способности. Что смогут получить ответ на любой – я подчёркиваю! – любой вопрос! И всё это оказалось ложью!

– Разве? – притворно удивился альтаирец.

– Именно! Никто и никогда не сравнится с тобой. Это всё равно, что стать богом. Невозможно. Творение никогда не превзойдёт творца. Новые способности ты им, конечно, дал. Но вот пользоваться этими способностями у них нет ни малейшего желания. Ты навязываешь им свою волю! Я уж не говорю про ответы на все вопросы. Ты просто скрывал от них правду. И о себе, и о Матери, и о своих необъятных амбициях.

– Чем тебе не нравятся мои амбиции? Они вполне укладываются в рамки человеческих представлений об успешности.

– Э, нет! Тут ты не прав! Ты, видимо, совсем не слушал Мать, когда она тебе толковала о морали. Вспомни, с чего начиналась история цивилизации, которая породила тебя. Они могли бы распространяться в космосе, и никто бы их не остановил. Но вместо этого они обратились к познанию самих себя. Всё своё внимание они отдали себе. Никого вокруг не задевая. Никому не мешая. Да, твои родители и прародители погубили свой мир. Но они никогда ничего не брали из других миров. – Василий сделал паузу, чтобы передохнуть и всё ещё раз обдумать. – Ты же поступаешь наоборот. Умерь свою гордыньку и оглянись по сторонам! Ты не даёшь другим народам идти своим путём. Ты опустошаешь целые миры только чтобы увеличить собственное влияние. Бесцельно. Высокомерно. Разве я не прав? Ты ничего не даёшь этой вселенной. Ты только берёшь. Космический потребитель.

Омо возразил.

– Ни одна цивилизация не может состоять исключительно из созидателей, и даже на Земле доля потребителей – подавляющая. Сообщество звёздных народов тоже можно представить как взаимодействующие группы потребителей и созидателей. И обмен идёт в обе стороны. Скажи мне, Василий, разве ты не относишься к тем, кто берёт что-то от мира, а не к тем, кто что-либо миру отдаёт? Ты такой же потребитель, как и я. И ты предпочёл жизни на Земле бегство на Альтаир, прельщённый новыми возможностями, которые, заметь, ты получил даром. Так же и я. Если тебе нравятся красивые сравнения, то можно сказать, что я собираю души. И даю им новую жизнь. Как тебе известно, они идут ко мне совершенно добровольно.

– Но всему же есть разумный предел! Ты знаешь главное правило кетчупа? Лучше недолить, чем перелить! К чему это бесконечное движение?! Остановись! Одумайся!

– Ты не видишь конечной цели. – Омо совершенно не впечатлило воззвание землянина. – Развитие необходимо. Без него жизнь бессмысленна. Жизнь зародилась из простейших химических соединений. Постепенно она перешла на органический уровень. После – этап энергетического развития. Но есть следующая ступень, и, возможно, не одна. Чтобы перейти на эту ступень, я, вопреки твоим словам, продолжаю дело своих предков. Я собираю разумную жизнь в новую форму разума, способную проявить эмерджентные свойства и позволить всем нам перейти на новый уровень жизни. Быть вместе со мной значит стремиться к совершенству.

– Да он же псих! – пискнул Альн, поражённый размахом затеянного.

– Это не важно, – сказал ему Василий. Он был восхищён терпением альтаирца и тем, как тот доходчиво и открыто всё объясняет, разжёвывает, раскладывает по полочкам. Открытое и простодушное существо. Ну подумаешь, мечтает он о совершенстве! Разве ж это преступление? Куда важнее, что Омо слишком увлекается своими объяснениями, а значит, время работает на команду Василия. Рилон Эл вот-вот должен уничтожить Мать.

– Я расскажу тебе одну историю, – обратился Василий к Омо. – У меня был друг. Хороший человек. Но он был очень сластолюбив и частенько изменял жене. Каялся, ругал себя, но ничего не мог с собой поделать. Тянуло его на пороки! И тогда он вытатуировал у себя на детородном органе фразу «Не делай глупостей». И знаешь, помогло! Тебе, я думаю, тоже не хватает такого предохранителя. А? Что скажешь?

– Весьма занимательная история, – ответил Омо. – Жаль, что выдуманная.

– Ты меня раскусил! Ладно, вот тебе невыдуманная. Один мой школьный товарищ, когда напивался, начинал мне рассказывать, как он любит свою семью, жену, ребёнка. Говорил, что у него лучшая в мире тёща. Что жизнь прекрасна и вполне удалась. Вот только когда он говорил об этой своей вселенской любви, я понимал, что на самом деле у него всё дерьмово. И он пытается заглушить своё отчаяние этими словами. Он пытается заменить то, о чём он на самом деле мечтал, тем, что получил от жизни. Он просто пытался убедить самого себя, что счастлив. Но почему так, объясни? Когда кто-то говорит о своей безмерной любви к семье, а у тебя в этот момент ком в горле стоит, и ничем не можешь помочь.

– Слишком частный случай, – заметил альтаирец. – И я не уловил мораль твоей истории.

– Ай! – вдруг взвизгнул Альн. – Я потерял связь с Элом!

Василий прислушался к окружающему фону и тут же уловил паническое сообщение альтаирской Матери. Мать звала на помощь, и Омо, кажется, всерьёз подумывал отправиться спасать её.

– А мораль у истории очень простая! – заверил Василий, пытаясь удержать Омо на месте. – Все мы очень любим родных и близких, но иногда они реально мешают жить! Ты не согласен со мной? Подожди, не уходи. Тебе ведь плевать на эту каракатицу! И не отрицай, я это точно знаю. Тебе не надоело быть зависимым от неё?

– Мать подпитывает мои духовные силы, – убеждённо сказал Омо.

– Да? Это она тебе сказала? И ты ей веришь? А давай проверим! Ты ж мне тут плёл о переходе на новый уровень, но ты ведь не сможешь взять с собой Мать. Рано или поздно тебе всё равно придётся её бросить. Так почему бы и не сейчас? Это для тебя отличная возможность проверить свои способности!

Омо засомневался. Весь телепатический диалог длился считанные мгновения, однако сейчас каждый миг был на счету. По правде, Василий угадал, и мысли оставить Мать не раз посещали Омо. Но риск слишком велик. И пусть прошли тысячелетия, но нить, связывавшая его с Матерью, всё ещё была прочна.