Ответил Дрок, его грубый голос почти успокаивал ее уши.

– Мы все видели, что случилось с тобой, малышка. Мы видели, как Эйвен нанес свой смертельный удар. Его меярины сомкнули ряды прежде, чем мы смогли увидеть, как он вступил в контакт, но рев, который он издал, был таким громким, что мы были уверены, что это был триумф.
– Он понизил голос.
– Приятно видеть, что мы были неправы.

– После этого все произошло быстро, - вмешался Тайсон.
– Это было похоже на то, что Эйвен и его армия решили встать и уйти по прихоти. Только что они были там, сражались и побеждали, а в следующую минуту их уже не было.
– Он сделал паузу.
– Мы предположили, что это потому, что ты была мертва, а Эйвен хотел пойти и насладиться своей победой.

Алекс больше, чем кто-либо другой, могла понять их самонадеянность, так же как она знала, что сейчас они ищут объяснения.

Она провела руками по гладкой шерсти Сорайи, которая сидела на корточках рядом с Алекс, защитная поза делала ее такой же высокой, как и тех, кто сидел за столом.

– Сорайя скрылась со мной как раз перед тем, как Эйвен...
– Она замолчала, не нуждаясь в том, чтобы закончить, не в состоянии закончить, поскольку Сорайя доставила в безопасное место не только ее.

Но Алекс не стала думать об этом. Алекс не могла думать об этом. И она позволила оцепенению вонзиться, как гвозди, глубже в ее сердце.

– Насколько мы можем судить, - сказала Ниша, продолжая историю после того, как поняла, что Алекс не собирается делиться больше, - в тот момент, когда Эйвен и его силы покинули Грейвел, в тот же момент прекратились его нападения на Мару и Ниалас.

– Они приходить. Они убить. Они уйти, - сказал Тиббс, качая своей лысой головой.
– Плохие, так и есть. Плохие, плохие, плохие. Сегодня умирать много джарноков.

– Каждый из нас должен был позаботиться о своих людях прежде всего, - тихо сказал Торк, ужас от того, чему флип стал свидетелем как во время, так и после нападения, все еще был свеж в его глазах.
– Прошло много часов, прежде чем мы смогли собраться здесь вместе, но никто из нас не должен надолго покидать свои города. Мы нужны там сейчас больше, чем когда-либо. Но прежде чем мы расстанемся, мы должны договориться о плане действий.

– Прочтите нам записку, - сказал Марик королю Аурелию.

Королева Осмада успокаивающе положила руку на предплечье мужа, когда он развернул свернутый лист пергамента Серебряного дерева и прочитал слова вслух. Алекс изо всех сил пыталась переварить услышанное, и только когда Аурелий передал ей свиток, она полностью осознала, что сейчас держит в руках.

Это было письмо.

И оно было от Эйвена.

"Для смертных Медоры.

Сегодняшний день позволил вам ощутить вкус того, что ждет вас в будущем. Я проявил снисхождение, так быстро прекратив сражения, но эта война только началась.

С этого момента я не буду проявлять милосердия.

И когда я закончу, никто не переживет моего гнева.

Если вы хотите возложить вину за свое грядущее разрушение, не смотрите дальше, чем на ту, кого вы считаете своей единственной надеждой.

Но знайте: Александра Дженнингс не сможет спасти вас.

Никто не может.

Наступает новый день, стремительный на крыльях рассвета.

— Король Эйвен Далмарта. "

Алекс прочла записку три раза, прежде чем смогла поднять глаза и снова обнаружила, что все взгляды устремлены на нее. Она ждала вопросов, ждала допроса, ждала того времени, когда в ответ будет только молчать, так далеко не желая ничего объяснять. Но это время так и не пришло. Потому что Джира заговорила раньше, чем кто-либо другой.

– Ничто из этого не является неожиданностью, - сказала начальник тюрьмы.
– Алекс уже предупредила нас, что у Эйвена личная вендетта против всех смертных, и он, очевидно, испытывает глубоко укоренившуюся ненависть к ней в частности. Конечно, он собирается свалить вину на нее.

Ниша кивнула и продолжила от лица своей племянницы:

– Сегодняшние действия Эйвена были направлены на то, чтобы посеять среди нас ужас, а его письмо - это средство вызвать инакомыслие, когда нам нужно твердо противостоять этой угрозе и держаться вместе.

– Вы все видели разрушения, на которые он способен, из первых рук, - сказал король Аурелий.
– Мое убеждение… - Он замолчал, затем указал на других людей в комнате.
– Мы верим, что единственный способ, которым у нас будет шанс победить его, - если мы объединимся как единое целое. Союз рас.

С этими словами Алекс больше не могла этого выносить. Несмотря на то, что она ранее признала, что того, что уже произошло, уже не вернуть, ей так хотелось, чтобы они прислушались к ней. Тогда они бы вели этот разговор задолго до нападения Эйвена. И, может быть... может быть, Нийкс…