– Ваше величество, Вэй Инло – моя служанка. Я прекрасно знаю, что она за человек.

– Ты слишком мягкосердечна. Смотри, не пригрей змею на груди!

– Ваше величество, помните? «Если работаешь с кем-то, то не следует в нем сомневаться, если в ком-то сомневаешься, то не следует с ним работать». Я привыкла доверять своим глазам. Инло вовсе не такая, какой вы ее описываете!

Вэй Инло резко остановилась.

«Это она-то не такая?»

Нет, император все верно сказал: она замыслила недоброе и вынашивает коварные планы.

«Но я никогда не обману вашего доверия, – мысленно обратилась к императрице Вэй Инло. – И никому не позволю навредить вам».

Спор императора и императрицы на время утих.

Вэй Инло думала, что ее величество учинит ей серьезный допрос, но прошло несколько дней, а ничего так и не произошло.

Фраза «если работаешь с кем-то, то не следует в нем сомневаться, если в ком-то сомневаешься, то не следует с ним работать» оказалась чистой правдой.

Императрице нравилось, что Инло смышленая, и время от времени она брала девушку с собой в качестве сопровождающей. Сегодня они вместе со старшей наложницей Юй отправились в сад, и императрица взяла с собой не Эрцин или Минъюй, а именно ее.

Сад был настоящей усладой для глаз, только немного подвела погода. Императрица и старшая наложница оделись в теплые накидки, в их рукавах прятались маленькие грелки для рук, они неторопливо шли по изогнутому деревянному мосту, под которым в пруду резвилось бессчетное число карпов. Их было так много, что казалось, вместо воды под мостом колышется шелковое полотно, расшитое замысловатыми узорами.

– Нет нужды хоронить себя во дворце Юнхэ, почаще приходи ко мне, в моем саду тоже есть на что посмотреть. Но вели слугам быть настороже: с тобой всегда должен быть кто-то рядом, – мягко сказала императрица.

Старшая наложница выглядела изможденной и похудевшей, натянув улыбку, она произнесла:

– Мне никогда в жизни не отплатить за вашу доброту.

– Я императрица, и дела гарема – моя ответственность, тебе не за что меня благодарить.

Юй слабо улыбнулась:

– Если бы все во дворце были такими рассудительными, как ваше величество, то не бывать в этом месте скандалам.

Императрица прекрасно понимала, кого она имеет в виду, но не знала, как ее утешить, а еще она волновалась, что старшая наложница чересчур погружена в свои мысли и может навредить своему ребенку. Поэтому она незаметно подмигнула Вэй Инло, чтобы та придумала, как развеселить молодую женщину.

Вэй Инло не сразу сообразила, чем бы ее занять, но старшая наложница Юй сама нашла, на что переключить внимание. С умилительным возгласом она воскликнула:

– До чего прелестная собачка!

К ним выбежал белоснежный комочек шерсти.

Теперь, когда он подбежал ближе, стало ясно, что это маленькая собачка со светлым мехом без единого пятнышка. За ним следовали несколько евнухов. Один из них держал в руках расписную миску, полную горячей отборной еды, а второй что есть мочи бежал и кричал:

– Маленький господин, подождите, подождите нас!

Вэй Инло это только позабавило, надо же – простая собака, и вдруг маленький господин!

– И это-то – господин? До чего же глупо! – Императрица больше всех чтила правила и с явным неудовольствием произнесла: – И еще неизвестно, чьей наложнице он принадлежит.

Собачка задрала мордочку, принюхалась, а затем кинулась прямо в сторону Вэй Инло и остальных.

Юй была очарована этим прелестным животным и наклонилась, намереваясь погладить его. Но как только собака приблизилась, вместо улыбки на лице молодой женщины проступил ужас.

Пес оскалился и бросился к ней с явным намерением укусить.

– Брысь! – закричала Фанцао, личная служанка старшей наложницы Юй, которая должна была ее охранять. Она сама настолько испугалась, что, вместо того чтобы помочь своей госпоже, застыла на месте, не двигаясь.

Старшая наложница Юй была белее снега, от страха она вся одеревенела и напрочь забыла, как звать на помощь.

И тут…

Лай внезапно сменился на протяжный вой, пес отлетел, описав дугу в воздухе, упал в снег и несколько раз перекатился через себя. Он заскулил, затравленно глядя на Вэй Инло издалека.

– Как ты посмела?

Благородная супруга Хуэй своей аккуратной ручкой с выкрашенными в алый ногтями взяла щенка и прижала его к груди.

– Мерзавка, как ты осмелилась издеваться над моим любимцем? – закричала она. – Увести ее!