— Мне больно. Нужно просто не наступать на ногу и держать вытянутой.

— Значит ты собираешься растянуться на заднем сидении, пока я буду тащить твою задницу через границу штата?

Брукс ухмыльнулся.

— Похоже на то.

В его словах была какая-то странная легкость. Она присутствовала и в чертах лица, и в глазах. Казалось, что-то изменилось. Наверное, от того, что ему не нужно проводить несколько часов в машине с отцом.

— Ну ладно, в таком случае тебе нужно пошевеливаться, — сказала я. — Твой отец, возможно, уже доел ланч.

Каден засмеялся и, когда входные двери открылись, проковылял наружу, остановившись у коричневого четырехдверного седана, припаркованного у обочины. Затем парень взглянул на меня.

— Не собираешься открыть дверь?

Я подошла к машине со стороны водителя.

— Быстрее ад замерзнет.

— Не говори так. Ты теперь мой сообщник.

— Не по своей воле. И я обязательно сообщу об этом тренеру.

— Неужто я использовал оружие, чтобы принудить тебя? — спросил Каден, залезая на заднее сидение.

— Вот именно. Различное.

Каден рассмеялся, потом закрыл дверь и удобно разместился внутри машины.

Я отъехала от бордюра, освобождая парковочное место и выезжая на шоссе.

— Спасибо, что делаешь это, — произнес Каден, и искренность в его голосе поразила меня.

— Не благодари. Я трижды завалила экзамен по вождению.

— Ты меня разыгрываешь.

Я покачала головой.

— Не-а. Заехала на бордюр в первый раз. Поехала не в ту сторону по дороге с односторонним движением — во второй. Почти подрезала двух детей на пешеходном переходе — в третий.

В машине раздался смех.

— Черт, а это смешно.

— Для тебя, возможно. А вот моему бра… — Черт! — А вот моему отцу, всюду возившему меня, было не очень весело.

— Хорошо. Если ты предупредишь меня перед тем, как резко затормозить, все будет в порядке.

Я кивнула.

— Это можно.

Навигатор сказал повернуть налево и ехать прямо следующие сто четырнадцать миль.

— Уверен, сейчас мой отец грозится подать в суд на каждого человека в больнице.

Я посмотрела через зеркала заднего вида на Кадена.

— Тебя это беспокоит?

Каден покачал головой.

— Не-а.

— Не против, если я спрошу, что между вами случилось?

Брукс надолго замолчал, глядя в окно на мелькающие деревья. Интересно, доверяет ли он мне, настолько, чтобы сказать правду? Рассказать о семейной драме. Впустить меня в свое сердце.

— Отец изменял моей матери.

Я почувствовала боль в груди.

— Мне очень жаль.

— Тебе не за что извиняться. Это ведь он так поступил. Ублюдок разбил маме сердце, а затем бросил нас.

— Ты совсем с ним не разговариваешь?

— Только когда придется. Например, как сегодня. Однако, в остальных случаях я его игнорирую.

Я кивнула, теперь понимая его реакцию в бассейне, и то, насколько оскорбительно это было с моей стороны.

— Никогда не стану таким, как он.

Наши глаза встретились в зеркале заднего вида. Помимо искренности, в его взгляде было что-то еще. И Каден явно хотел, чтобы я уловила это. Я вернула внимание к шоссе. Кое-что я знала точно. Дорога была намного менее опасной, чем эти голубые глаза, и особенно их владелец.

* * *

Каден

— Значит у тебя… нет парня? — спросил я чуть позже.

Финли взглянула на меня в зеркало заднего вида. Ее зеленые глаза буравили мои.

— Думаешь, какой-нибудь парень смог бы со мной справиться?

Я ухмыльнулся.

— Он был бы дураком, если бы не попытался.

Стало ясно, что мои слова расстроили Финли, так как она перевела взгляд на дорогу и поерзала на сидении.

— Ну, большинству парней не нравятся независимые девушки.

— Неправда. Я люблю вызов.

— Твоя девушка действительно выглядит довольно волевой.

— Довольно волевой? Это твой способ сказать, что она сука?

Глаза Финли расширились.

— Нет, я ведь ее даже не знаю.

Я рассмеялся.

— Просто шучу. Она определенно была довольно волевой.

— Была?

— Мы расстались.

Финли дернула головой, но все же не оторвала взгляд с дороги.

— О, прости, не знала.

Я пожал плечами.

— Это случилось недавно.