– «…Из “В Рривв”. Он раскручивал сюжет о гремпинах Уолшшей. Нужно узнать, что он раскопал. Четвертое… По нашему делу. Еще одна буря. Господин Борган. Птицелов. Франки. Финч. Конец записи, Фло!»

Цилиндр остановился. Голос замолк, и шипение стихло. Механический секретарь снова опустил голову.

Жулики застыли. Руки Жуля в митенках дрожали.

– Это лишь все подтверждает, – словно пытаясь себя успокоить, сказал он.

– Ага, – согласилась Жули, испуганная не меньше него. – Нужно отыскать хоть что-то важное.

Легче, впрочем, было сказать, чем сделать, ведь в гостиной квартиры № 6 столько всего хранилось! И «важное» надежно пряталось среди различного обычного, неинтересного и совершенно неважного.

В ящиках картотечного шкафа выстроились ряды прямоугольных картонок, на которых были пропечатаны какие-то цифровые коды. На стенах висели газетные вырезки в рамочках – во всех заметках говорилось о давних событиях, о которых жулики до этого даже не слышали. Одна сообщала о раскрытии заговора в городском суде, другая – о фальшивом профсоюзе, третья – о безумном механике Трибверке, который создавал автоматонов-убийц…

Статьи жуликов не слишком заинтересовали. Зато их внимание привлекла папка, лежавшая в верхнем ящике письменного стола.

На папке стояло название, выведенное от руки: «Не-птицы».

Жулики уставились на эту надпись во все глаза. Дрожащими руками Жуль размотал завязки и раскрыл папку.

Внутри обнаружилось несколько листов с машинописным текстом. Щурясь и едва ли не возя носами по листам, жулики не без труда прочитали то, что на поверку оказалось законспектированными разговорами кого-то по имени Фью Фартинг с теми, кого автор текста называл очевидцами. В каждом из этих разговоров очевидцы утверждали, будто видели странных носатых джентльменов и дам. А кто-то и вовсе заверял, что мимо его окон якобы пронесся трамвайный вагон – при этом указанный очевидец добавил, что живет на седьмом этаже и никаких трамваев там отродясь не бывало.

Также в папке лежало несколько фотокарточек. На них мало что можно было разобрать – лишь темные фигуры с расплывающимися, засвеченными вспышкой лицами.

– Ничего не видно… – прошептала Жули, перебирая фотокарточки. – Слишком темно…

– Вообще-то у нас не очень много времени, чтобы все рассматривать, – напомнил Жуль. – Она может вернуться в любую минуту, а нам еще нужно найти то, за чем мы пришли.

Жулик закрыл папку.

– Нужно взять ее с собой, – сказала Жули.

– Мы не можем, – ответил Жуль. – Она не должна знать, что мы здесь были, помнишь?

– Помню, – буркнула Жули, оглядевшись по сторонам. И тут же будто бы забыла о странном содержимом таинственной папки. – Ух ты!

У занавешенного окна гостиной стояла какая-то оптическая система на треноге: толстая бронзовая труба, под ней еще труба – чуть тоньше, линзы, окуляры, множество винтов и рычагов; к нижней трубе была подведена горелка с фитилем.

– А это еще что такое? – удивился Жуль.

– Телескоп? – предположила Жули.

– Зачем ей телескоп? Чтобы наблюдать за всеми?

– Возможно… Давай проверим, куда он направлен…

Жули отодвинула штору на окне и прильнула к окуляру главной трубы.

– Видишь что-то? – взволнованно поинтересовался Жуль.

– Только снег. Эта штука не просвечивает через него. А что, если…

Не успел Жуль ничего сказать или сделать, как Жули опрометью ринулась на кухню. Вернулась она с коробком спичек.

– Свет! – возмущенно воскликнул Жуль. – А вдруг заметят!

– Придется рискнуть, – сказала Жули и чиркнула спичкой. После чего поднесла огонек к фитилю, и горелка зажглась. В тот же миг из нижней трубы вырвался тонкий рыжий луч. Он прошил окно, вонзившись в метель, как спица.

Жули снова глянула в окуляр. Луч прореживал снег и будто бы создавал тоннель, через который хоть и с трудом, но все же возможно было что-то различить.

– Ты видишь?

– Да… я…

– Что там? – нетерпеливо перетаптываясь рядом, спросил Жуль.

– Какой-то чердак. Я не знаю… Круглое окно, за ним темно. Кажется, это Гротвей.

– Гротвей? Зачем ей следить за каким-то окном в Гротвей?

– А мне откуда знать? Это же не мой телескоп.

– Все верно! – раздался голос за спиной. – Это мой телескоп!

Жулики обернулись и испуганно замерли.

В прихожей стояла Жужанна Чаттни, собственной персоной.

На лицах Жуля и Жули застыло одинаковое выражение: «Что она здесь делает?! Ее ведь не должно быть дома!»

– Полагаю, вы сейчас гадаете, почему я не на встрече, которую вы для меня так хитроумно организовали? – с коварной усмешкой поинтересовалась миссис Чаттни.

Жулики машинально закивали, соглашаясь.

– Конечно, я поняла, что записка поддельная, – сообщила хозяйка квартиры. – С первого взгляда. Плохие из вас жулики!