– Хм… Я несоизмеримо счастлива, – проворчала девушка. – Что будете пить?

– Джин «Идлен», будьте добры.

Разносчица сигар тяжко вздохнула. Первое впечатление от этого посетителя оказалось верным: самый дешевый джин, который и вовсе порой называли висельным, вряд ли располагал к хорошим чаевым.

– Сигару? – равнодушно спросила она.

– Да, будьте любезны, – сказал мистер Джобиус.

Девушка выжидающе уставилась на него. А тот все так же глядел на нее. Устав ждать, разносчица сигар кивнула на свою коробку:

– Какую именно?

Мистер Джобиус склонил голову к коробке и стал выбирать. Сигары там отличались толщиной, длиной, цветом. Выбрать верно казалось просто невыполнимой задачей.

– Вон ту, фиолетовенькую! – наконец сказал мистер Джобиус.

– Хм… – улыбнулась девушка. – «Брекенли» – хороший выбор, сэр. Хочу похвалить ваш вкус. Сигары по двадцать пять фунтов за штуку берут только настоящие ценители.

Девушка словно забыла, что этот странный посетитель заказал самый дешевый джин. Надежда на чаевые к ней вернулась. Она вытащила из коробки сигару.

– Вам поджечь, сэр? – любезно спросила она.

– Будьте добры, – ответил мистер Джобиус.

Девушка просунула толстый фиолетовый, почти черный цилиндр в пасть небольшой прожорливой машинки. Клацнула, отсекая головку, после чего ловко поднесла к сигаре горящую спичку, а саму сигару – к губам и несколько раз надула щеки. Из сигары пополз фиолетовый дым.

– Для вас, сэр, – склонившись близко-близко к мистеру Джобиусу, томно прошептала девушка. – Со вкусом моей помады.

Она подмигнула ему и удалилась выполнять заказ, а мистер Джобиус, глядя ей вслед, негромко проговорил:

– Фу, как вульгарно…

– Фиолетовенькую? – раздраженно спросил живот мистера Джобиуса. – Ты серьезно?

– А что? – возмущенно ответила голова мистера Джобиуса. – Я же не знаю, какие они бывают. Хорошо еще вспомнила, как называется джин, который пьет миссис Поуп.

– Двадцать пять фунтов! – рассерженно продолжал живот. – Хватит разбазаривать мои деньги! Так совсем ничего не останется! Правильно говорит мистер Си из семнадцатой квартиры: «Женщины только и норовят опустошить твои карманы…»

– Если бы я ничего не заказала, это выглядело бы подозрительным. Здесь ведь все пьют и курят!

Живот был вынужден признать правоту головы и промолчал, но тут же нашел к чему придраться:

– Ты даже имя перепутала. Мы же договорились, что нас зовут Джиббен Фробиус, а не Фриббен Джобиус! Нет такого имени, как Фриббен Джобиус!

– Как будто Джиббен Фробиус есть! – фыркнула голова.

– И вообще – хватит со всеми любезничать и всем представляться! Взрослые так себя не ведут!

– Ой! Как будто ты знаешь, как себя ведут взрослые!

Разумеется, мистер Джобиус был совсем не тем, за кого пытался себя выдать. А прикидывались им не кто иные, как Финч и сидящая у него на плечах Арабелла. Детям во что бы то ни стало требовалось проникнуть в кабаре «Пересмешник», и все усложнялось тем, что, как однажды им сказал вышибала Боргало, они «ростом не вышли». И Финч с Арабеллой решили это исправить. Собрав свой маскарадный костюм из старых вещей дедушки Финча и кое-чего, что хранилось в чулане у Арабеллы, они направились в Гротвей.

Изначально идея устроить игру с переодеванием родилась в смышленой Финчевой голове, но он пожалел о том, что придумал, почти сразу же, как упомянутое переодевание состоялось. Во-первых, Арабелла оказалась невероятно тяжелой, хотя по ее виду этого было и не сказать. Во-вторых, она то и дело пинала его пятками. А в-третьих, ему было душно и мало что видно в щелочку пропущенной пуговицы пальто. Тащить Арабеллу, не теряя равновесие, и при этом не выглядеть подозрительно было той еще задачкой, но постепенно Финч приноровился.

В итоге, несмотря на все неудобства, план удался, и выдуманный Финчем и Арабеллой персонаж, мистер Джобиус (мальчику пришлось смириться, ведь тот уже дважды представился), проник туда, куда вход детям был запрещен. Его не раскусили, более того – ни в чем не заподозрили: взрослые такие невнимательные…

Мистер Джобиус сидел за столиком, держал в руке сигару, не зная, что с ней делать, и со стороны могло показаться, что он просто ждет свой джин, но на деле этот хитрый господин во все глаза наблюдал за Сергиусом Дреем.