— Так чего ты хотел? — спокойно поинтересовался я. — Ну, кроме своих…

— ПОДЧИНЕНИЯ! — прогудел ифрит, принимая очертания человеческой фигуры, у которой нет ног. — ТЫ МОЙ РАБ!

— Знаешь, никто тебе не запрещает мечтать. Но навязывать своё воспалённое воображение другим нехорошо. Так что возвращай меня обратно. Поверь, у меня есть дела гораздо важнее, чем вот этот бессмысленный спор.

— ТЫ НАПРОСИЛСЯ, СМЕРТНЫЙ! — взревел старший дух, и в следующий миг меня начало со всех сторон обступать пламя. — ПОДЧИНИСЬ, ИЛИ СГОРИ!

— Мне уже приходилось умирать в огне. Думаешь, что испугаюсь второго раза? — спросил я у окружившего меня пламени. — Хрен тебе, на всю пылающую морду.

А дальше мне стало не до слов, потому что со следующим вдохом в легкие хлынул жидкий огонь. Одновременно с этим со всех сторон раздался хохот обезумевшего ифрита.

Противостоять огненной стихии одной лишь силой воли? Или бороться с пламенем чистой яростью, на кураже? И то и другое рано или поздно закончится, если тебя сжигают заживо. Так что дальше я держался лишь на одном упрямстве.

— СДАЁШЬСЯ?! ПОДЧИНЯЕШЬСЯ МОЕЙ ВОЛЕ? — в очередной раз прозвучал со всех сторон голос духа. Отвечать я уже не мог — лишь беззвучно шевелил пылающими губами. Нет. Сам сдавайся, чтоб тебя утопили в ледяной воде.

И внезапно всё исчезло. Жар, боль, огонь — ничего этого не стало. Лишь ощущение, что мое тело испытало чудовищные муки. Но и они постепенно исчезали, растворялись, вместе с алыми всполохами перед глазами.

— Командира! Живой? Твоя нормально? Это я, Шупака!

— Твою же мачеху! — произнес я. И даже улыбнулся, услышав свой голос. Не то хриплое карканье, что было в видении, а нормальный. — Шупака, дай воды.

— О, точно нормально! — обрадовался дригг, метнувшись к столу, на котором стоял кувшин. — Вода просить, значит победить.

— Долго так провалялся? — поинтересовался я, принимая из рук призывателя кружку с водой.

— Три-пять минут. — ответил младший шаман. — Мычать что-то, ругаться.

— А этот сморщенный уродец где? — задал я очередной вопрос, после того как утолил жажду.

— Старейший? Сказать, что он устал, и исчезать. Командира, а твоя чувствовать ифрит? Он должен быть тут. — Шупака коснулся своей груди. — Говорить с тобой.

— Спасибо, но мы и так наговорились. — поморщился я, вспоминая, как мы с старшим духом огня оскорбляли друг друга на протяжении целой вечности.

«Ты оскорблял, хозяин» — тут же раздалось у меня в голове, заставив вздрогнуть. — «Но я не в обиде. Ты достойно сражался, и победил»

— Чёрт! — невольно вырвалось у меня. Похоже это всё же случилось, и теперь я, помимо карлика, слышу голоса в голове. Тут уже никакой лекарь не поможет. — Ифрит?

«Да, хозяин»

— Да чтоб мне женщин не видать три дня! — вновь рыкнул я. Поднявшись с тахты, подошёл к окну и выглянул наружу. Хм, довольно светло, значит ещё не поздний вечер. Неужели правда прошло несколько минут? Мне казалось, что пытка огнем длилась вечность. Не, к черту это всё! Надо развеяться. Иначе я с ума сойду. — Шупака, слушай меня внимательно. Сейчас ты останешься здесь один. Ужин тебе принесут, перед закатом, помыться можешь прямо сейчас. Ни в коем случае не выходи из этого домика. Хорошо меня понял?

— Так точно, командира! Шупака сидеть, мыться, есть, ждать.

— Вот и хорошо. Я вернусь поздно, возможно под утро. Да, завтра прогуляемся до лавки, прикупим себе одежду. У тебя как с деньгами?

— О, моя копить монеты, набрать целый два большой золотой! — похвастался дригг.

— Чего?! Ты сколько месяцев служишь?

— Шесть большой луна. — ответил призыватель. — Но я не сразу копить.

— Я думал, ты совсем недавно попал на границу. — нахмурился я. — А ты уже полгода отслужил. Считай ветеран по нашим меркам. Сколько раз с тварями сталкивался?

— Три. — Шупака от гордости расправил плечи. — Первый раз убивать крылатый морда с большой зуб. Второй твоя спасать, и третий — накат на башня.

— Ну, тогда ты уже настоящий граничник. А они всегда выполняют приказы командира. Ладно, отдыхай, принимай ванну, пообщайся с духами. А я пошёл.

Заглянув в гостиную, я вновь не застал хозяина на месте. Зато предупредил Ртута, что отлучусь в красный дом, поэтому ужин требуется принести в домик на одного, и чтобы никакого вина или пива. Нечего мне ребенка спаивать. К тому же всем известно, что дригги очень слабы на алкоголь.

— Всё сделаем, господин капитан. — заверил меня сын владельца. — Посудомойку пристрою, чтобы приглядывала за шаманом. А можно узнать, почему вы так печётесь о нём?

— Можно. — улыбнулся я. — Когда-нибудь потом.

Солнце уже село, и на улице зажглись магические фонари. Искусственное освещение не давало и пятой части дневного света, но для меня всё равно было всё видно.

Десять минут пешим ходом, и вот я уже у дверей красного дома. За большими, в рост человека, окнами видны девушки. Одеты столь легко, что нормальному мужчине с одного взгляда ударяет кровь в голову. А уж только что вернувшимся со стены граничникам… И плевать, что я совсем недавно получил двойную порцию женской ласки. Там всё испортил сотник Крома. Ну а здесь пусть только попробуют помешать мне.