— Главное, что не на побегушках у вормлингов, — улыбнулся парень. — Как вспомню, тошно становится. Нам ведь предлагали милостыню собирать в Северном. Хорошо, что отказались.

Рынок нищих, преступники и мафия со всеми прочими атрибутами даже в этом странном мире нашли себя. «Блага» цивилизации, что тут поделаешь.

— Про вас столько слухов ходит, — оглядываясь по сторонам, сказал Оливер, — но я никому не скажу, что вас видел.

— А что говорят? — поинтересовался Ник, обычно ему было фиолетово.

— Одни, что вы предатель и убийца, другие — что вас подставили, мол, Совет проворовался и всё такое. Да разное, — засунув руки в карманы, сказал подмастерье. — А вы правда были на Равнинах? Как там?

Нику хотелось провести время с кем-то посторонним, так что они проболтали ещё часа два, а затем Оливер пригласил его к себе перекусить. Он жил с родителями и в большой семье, правда, без отца. Замученная за весь день мамаша без лишних разъяснений налила тарелку супа гостю, которого не узнала.

А ведь он помнил, как прятался в этом доме от преследований всяких уродов с улицы. Приходилось часто драться, но отдыхать и зализывать раны тоже где-то надо было.

Они вышли на крыльцо дома и, вспоминая былое, постепенно доели ужин, а затем попрощались.

— Не останешься?

— Нет, меня ждут, — покачал головой Жнец.

— Если что, мой дом — твой дом, дядя Ник. Обращайся по любому поводу.

— Хорошо, — немного смешно было видеть вчерашнего малолетку с вечно текущей соплёй под губой таким важничающим.

Похоже, семейная атмосфера развеяла его плохое настроение, и он ехал домой уже ментально посвежевшим. В голове сложился план и понимание, что нужно делать, но как только он переступил порог особняка, к нему подошёл Ганс, обеспокоенно щёлкая пальцами.

— О, Ник, Ник, стой, надо поговорить, — он взял его за локоть и повёл на задний двор. — Где был? А не важно, — тут же прервал он сам себя, махая рукой. — Ящер тебя подери, Саймону хреново, — он взъерошил на голове невидимые волосы и, надув щёки, медленно выдохнул.

— Насколько всё плохо?

— Вот настолько, — аристо развёл руки широко в стороны. — Да он грёбаный дед, ты видел его вообще? А этот меч… Мне не нравится его чёрный цвет, ты в курсе, что это?

— Кажется, он Ята называет его.

— Меч-баба? — сморщился Хьюз.

— Что-то вроде того.

— В общем, неважно, хоть меч-ящер, мне начхать. Но если мы ничего не сделаем, то наш любитель капусты превратится в угрозу прямо здесь, — он показал пальцам на землю. — Да здесь и разнесёт всё к ядрёной бабушке, уж поверь мне, — морщины приподнялись на его лбе.

— Ты же говорил, у тебя были запасы руды?

— Всё. Нету. Были да сплыли, мне ведь тоже надо. У него какая-то хрень с глазами. Один, мать его, чёрный, как крысиная дыра и зыркает так на меня, будто я мелочь у него украл. Жуть.

Ник задумался.

— Надо валить из Андервуда. Парни сейчас пошли обменник брать. Там, конечно, хватит, чтобы он не загнулся, но чтобы снова стал молодым… — Ганс отрицательно покачал головой. — Да и ищут его, Ник. Чача сказал, весь зверинец сюда пригонят. Глава Южного штаба — это тебе не вормлинг с улицы. Головы полетят.

— Понял.

— Что ты понял, Ник? Соображаешь? Пока найдём оазис, он окочурится, ну, или кокнет нас в пути. Мы можем искать неделю, а можем и целый год… Не, бросать Капустного нельзя. Мать твою, и почему мы тогда просто так отдали P13? Надо было стоять до конца, ты же Жнец, они бы уступили…

— Есть ещё одно место.

— … купались бы в руде… Что? — прервал поток слов Ганс.

— Я говорю, что знаю место с рудой.

— Ты не шутишь? Не будет так, что мы придём, а там три крошки на понюхать?

— Там её столько, что за всю жизнь не потратишь, — хлопнув по плечу аристо, сказал Ник. — Иди седлай варанов, а я пока пару часиков вздремну.

Глава 19

Болтайте сколько влезет

Собирались впопыхах. Ник успел кимарнуть перед поездкой, пока ребята утрясали вопрос с продовольствием и запасом емировых камней. Они должны были провести в пути примерно месяц. Не хотел он, конечно, чтобы его возвращение в оазис было таким, но тянуть больше не было смысла.