— Нам нужно уходить, и вы идёте с нами, — ворчу я. — Соберите сумку. Только самое необходимое, остальное бросьте.

Полина кивает, а во взгляде Энии нарастает гнев, который может взорваться в любую секунду. Я не должен находить смешным то, как она разжигает огонь своим взрывным характером, и мне нужно, чтобы она подчинилась, а не сопротивлялась. Возможно, кое-чем я могу её убедить.

— Я поделюсь всем, что знаю, и расскажу о твоей матери. Если у тебя возникнут вопросы, я отвечу на них правдиво, а взамен ты ответишь на мои, чтобы мы могли разобраться в этой ситуации

Её глаза расширяются от этого обещания. Внезапно, кажется, что она куда-то спешит, поскольку бросается в спальню напротив той, где были Полина и Лусио.

— Вперёд, — говорит Лусио Полине и нежно проводит костяшками пальцев по её щеке. — Собирай вещи, ты идёшь со мной.

Я жду, пока женщины выйдут из комнаты, прежде чем переключаюсь на наш древний язык Драконов, чтобы никто не подслушивал.

— Такое не должно быть возможным.

Лусио запускает пальцы в густые светлые волосы.

— Я знаю. Но, чёрт возьми, ни одна клеточка моего тела ни о чём не сожалеет и меня не волнует, почему и как. У меня есть пара, Вон. Пара. Мне не нужно объяснять, насколько это особенно, и я не могу начать рассказывать, как это правильно. Она может забеременеть. Я должен был заявить на неё права и установить связь. Я с трудом могу в это поверить, но её запах изменился до того, как мы вернулись в гостиную.

Мне противно поднимать эту тему, но это нужно сказать.

— Тифон и другие старейшины думают иначе. И я должен признать, даже я немного беспокоюсь о последствиях.

Низкий рокот вырывается из его груди, и я выгибаю бровь. Лусио тяжело сглатывает и говорит:

— Нам нужно многое обсудить.

Я сдержанно киваю и пока решаю приостановить обсуждение. Сейчас нашей первоочередной задачей является возвращение женщин к нам.

— Готово, — заявляет Эния из коридора. Она заглядывает в комнату Полины. — Меня уволили… ну, я уволилась через несколько секунд после… в общем… Мне не нужно звонить на работу. А тебе?

— На этой неделе я несколько раз работала в две смены. Так что могу взять отгул на следующие три дня. Всё хорошо, — говорит Полина, закидывая рюкзак на плечо. Она указывает на лицо Энии и хихикает. — Я вижу все эти блёстки, о которых ты упоминала ранее. На этот раз он коснулся не только твоего запястья, да?

Лусио подходит к Полине, забирает рюкзак и легко добавляет:

— Ты больше не будешь работать.

— Что? — выкрикивают Эния и Полина.

Лусио пожимает плечами.

— Женщины-драконы сидят дома, пока мы заботимся об их нуждах.

Полина вырывает свой рюкзак у Лусио.

— Ну-ка, подожди. Ты не можешь серьёзно относиться ко всей этой штуке "место женщин на кухне".

Эния упирает руки в бёдра, а в её глазах бушует буря, указывающая на то, что она вот-вот даст волю гневу. Рассказ о нашем образе жизни определённо вызовет ещё больше гнева и вопросов, поэтому это нужно прекратить.

— Мы обговорим это позже, — огрызаюсь я, поскольку гнев Энии полностью направлен на меня. Эта женщина выбивает из колеи, и заставляет добавить: — Драконы живут по древним традициям, которые отличаются от человеческих стандартов и их трудно понять. Мы всё объясним, но нужно вернуться в безопасность нашей деревни.

Эния прищуривается.

— Как я уже упоминала, у меня нет работы. Полина, с другой стороны, стажёр. Ей нужно работать, потому что она делает чертовски много хорошего на этой земле, и малыши нуждаются в ней.

— Малыши? — спрашивает Лусио.

Полина краснеет и застенчиво отвечает:

— Я почти закончила двухлетнюю стажировку в детской хирургии. Я усердно работаю, чтобы стать хирургом-неонатологом.

Лусио поворачивает ко мне голову и говорит на древнем языке:

— Совпадений не бывает.

— И что это значит? — спрашивает Эния, переводя взгляд с меня на Лусио.

Мы с Лусио молчим, потому что должны обсуждать дела клуба и клана между членами, и не перед теми, кто является предметом обсуждения.

— Ну? — настаивает Эния. — Я знаю, что совпадений не бывает, а вы пришли сюда, моя подруга пара твоего приятеля… целая куча совпадений. Теперь… объясни.

Я подхожу ближе к Энии, вторгаясь в её личное пространство, и позволяю магии просочиться в слова, чтобы добиться от неё честности — не зная, оказывает ли моя магия на неё какой-либо эффект:

— Ты понимаешь, что я говорю?

Она выгибает брови.

— А почему нет?

Полина ахает.

— Срань господня, — шепчет Лусио.