— Это правда? — дернул я бровью.

— Да кто знает? — пожал мух плечами. — Но клан, заправляющий там, Плодо-Аверту, особо почитают. — Финальный смешок. — Секс как важная часть Недр.

— У-у-у, — одновременно протянули Шера и Торка.

— И снова, — помассировала висок Мел. — Несмотря на столь… кхм… миролюбивый настрой, это мощный клан, который верен Трону. Их воительницы знамениты своим мастерством в дуэлях. А близость столь важного места… Тут будет полно охотников и солдат.

Ну что ж-ж-ж. Нас ждут почти амазонки из этого мира. В сочетании с повышенной численностью желающих заполучить наши головы — все лучше и лучше.

— Ячейка Тене-Оморо присутствует? — спросил в спину идущим Червям.

— Хм… — призадумалась То. — Теперь я кое-что вспоминаю, да. — Она несколько раз кивнула. — Да, должна быть. — Темная прицокнула. — Только эти Оморо — мерзкие личинки.

— С-с-с, — зашипел Штырь. — Они… воруют детей.

Черт. Какой шанс, что доброе слово Отто перегнало нас? И новые контрабандисты смогут помочь? Ведь в самом худшем варианте те, кто не брезгует таким ремеслом, могут и нас подставить. Прости, мать… Но нам осталось всего два этажа. Два этажа, и будет Третий от Трона. Так близко, и так далеко.

Несколько поворотов. Долгая ходьба. Я снова остановился, глядя на лианы.

— Тц. — И понял, что уже видел их. — Ходим кругами.

— Бзь, мы заблудились?

— Нет, — уперся я руками в бока. Выдохнул. — Да.

— Попробуем сюда, — не унывала Мел, указывая на другой проход.

В этот раз мы вышли в ущелье. О, внизу текла вода — ручей.

Спустившись к нему по небольшому уступу, Торка шмыгнула носом и устало выдохнула.

— Б… М-может…

— Отдыхай, — улыбнулась она. — Потом будешь меня носить.

— Это приятно, да! Бзь!

Шов спрятал морду за тканью капюшона.

Приближаться к водной глади не стали. Я и отсюда видел, что там кто-то живет. Но вот заметил легкое движение среди пышной травы, а все вокруг окончательно превратилось в сад.

— Эй! Стоять! — ускорил я шаг. Маленькая живность также ускорилась. — С-с-с! — Вижу одобрительные кивки от своих: «Догоняй!» — и сорвался с места, покрываясь хамелеоном.

Кусты разошлись в стороны от моего рывка. Вынырнув с другой стороны, я остановился.

Взгляд вправо, взгляд влево. Несколько шагов вперед. Стук маленького сердечка дал мне ориентир.

— Са! — дернул я рукой, схватив невидимый объект. — Попался.

— Фр-р-р! — проявился мотылёк. Огромный мотылек размером с половину человека. В этот момент его сородичи вспорхнули со стен и потолка, встревоженно кружа и разбрасывая пыльцу.

Хм, вроде никакого эффекта.

— Фр! — «Брат!». — Фр! — особо громко фыркала самка над головой. То подлетала, то тормозила. Ничего не могла сделать.

— Я отпущу, — смотрю в черные глазки схваченного. — Просто скажи, где выход?

— Фр-р, — задергал головой мотылек. Он не понимал слово «выход».

— Да чтоб тебя… — устало выдохнул я. Чтоб накалить ситуацию, чуть сжал пальцы. — Где живут двуногие? Проход? Путь? Как еще сказать?!

— Дву-ногие… — шевелил он лапками.

— Да, просто… — Его сестрица, переборов страх… эм… налетела на меня. Но эти мотыльки были столь слабыми и мягкими! Как будто хрупкая девушка пыталась бить бугая в броне: абсолютно бесполезно и раздражает. — Отвали! — отмахнулся я. Мотылек-сестрица упала — и снова бросилась в «атаку». Ладно… Игнорирую. — Так вот… Ф! — фыркнул я от крыла по щеке. — Куда мне идти?

— Фр! Не трогай сестрицу! — лишь пищит он.

— Да вы заколебали… — закатил я глаза. Свободной рукой схватил её и прижал обоих к стене. — Ну? — начал я шипеть.

Несколько секунд тишины.

— Проход с колючками! — Есть прогресс. — От колючек пахнет сладко!

— Где… эти колючки? — смотрю на мотыльков в упор.

— Вода! — пропищала сестра. — Вода и другой проход!

Значит, путь там, где меня ждет отряд.

— Ну вот, — улыбнулся я. — Что сложного?

Прежде чем отпустить бедолаг — а то сородичи сейчас утроили бы мне «плюшевое» нападение, — мне захотелось кое-что проверить.

Древние слова. Они воздействуют только на жуков Матре?

Легкий вдох.

— Са до ва ромиктоси, — сорвался шепот с моих губ. Глаза вспыхнули.

Мотыльки перестали ерзать. Чуть наклонили головы. И смотрели… теперь иначе. Членораздельные слова больше не звучали, только дикие звуки. Страх испарился, осталось подчинение. Охренеть, работает!

Пока неизвестно, чем такое подчинение чревато. А потому закончим эксперимент.

— Эм, — отпустил я мотыльков. — Свободны!

Чуть откинул диких. На долетев до земли, они успели прийти в себя и, быстро заработав крыльями, упорхали к своим. Судя по состоянию, эффект от моих слов сработал. Они и сами не поняли, что произошло.