Удержат ли мои домовладельцы мою квартиру за мной? Если они будут думать, что я мертва, наткнусь ли я на незнакомцев, живущих в моем доме? А как же моя работа? Мой босс и так обходился слишком малым количеством репортеров. Скоро ли я стану безработной?

Я подавила сухой смешок.

Это было не то великолепие, которое я когда-то себе представляла.

Когда я писала статью о Фёдоровых, я представляла, как изменится моя жизнь после ее публикации. Я представляла, как получаю номинации на премии и личные почести от министерства юстиции. Я видела продвижения по службе и повышение зарплаты в газете. Я мечтала стать современной героиней.

Антон Фёдоров проверил на прочность мое эго.

Никогда бы я не подумала, что все могло пойти так ужасно неправильно.

— Что теперь? — спросил Бо.

— Хм?

Его брови нахмурились.

— Минуту назад с тобой все было в порядке, а потом улыбка исчезла с твоего лица. Что сейчас крутится у тебя в голове?

— Я просто думала обо всех вещах, которые я оставила позади. — Я призналась в своих опасениях, и он сочувствовал, но, к сожалению, несмотря на то, что он предложил решение других моих проблем, на этот раз мы мало что могли придумать. Тем не менее, это помогло выговориться.

Бо был искусным слушателем, и, хотя я знала его всего неделю, я доверяла ему в том, что касается честных советов. Он пользовался моим полным уважением. Я не могла вспомнить, когда в последний раз встречала такого замечательного мужчину, как он.

Он мог бы надавить на меня раньше на этой неделе, воспользовавшись моей уязвимостью и влечением к нему. Большинство моих бывших парней или бывших любовников так бы поступили, и, видит бог, я бы не стала сопротивляться, если бы он затащил меня в свой спальный мешок. Но это было не в стиле Бо Холта.

Мне это понравилось. Очень.

— Спасибо, Бо.

— В любое время. — Он толкнул меня своим огромным плечом. Я была уверена, что он всего лишь хотел, чтобы я немного отступила в сторону, но от толчка я отлетела в сторону. Если бы не его быстрые рефлексы, моя задница приземлилась бы в траву и грязь.

— Черт. Извини, — сказал он, поднимая меня. — Я причинил тебе боль?

Я покачала головой и хихикнула. Боль в моих ребрах не была поводом для того, чтобы заставлять его чувствовать себя плохо.

— Дай-ка угадаю. Ты не знаешь своей собственной силы?

Он тоже засмеялся.

— Что-то вроде того.

У меня немного перехватило дыхание от широкой улыбки, смягчившей его лицо. Наши взгляды встретились, но прежде чем это продлилось слишком долго, я вырвалась и снова пошла вперед. Почему он должен был быть таким горячим? Оказаться здесь в ловушке с человеком-кефалью7 или пожирателем козявок было бы намного проще. Ну… может быть, и не проще, но уж точно менее заманчиво.

Мы с Бо преодолели оставшееся расстояние до края луга и отступили в тень деревьев. Я сразу же соскучилась по солнечному свету и бросила себе вызов выходить на улицу более регулярно. Может быть, я бы даже предложила помочь Бо с его проектами. Теперь, когда неловкость последних семи дней прошла, я могла наслаждаться его обществом, вместо того чтобы избегать его. В конце концов, скоро я останусь одна. Мне нужно было насладиться его обществом, пока оно у меня еще было.

— Что бы ты хотел на ужин? — спросил я, когда мы приблизились к заставе.

— Давай сначала прокатимся. Давай, запрыгивай, я сейчас вернусь. — Бо позвал Буна, и пес подбежал к нему.

Поездка казалась приятным способом скоротать остаток дня, и не похоже было, что мои электронные книги куда-то денутся. Мне понравилась прогулка по лугу, и я была бы не прочь поближе познакомиться с окрестностями. Ночью дикая местность все еще пугала меня до чертиков, но днем горы и деревья были какими-то величественными.

Бо и Бун сели в грузовик, и собака устроилась прямо у меня под боком. Он, так же, как и деревенский пейзаж, нравился мне все больше.

Я ехала молча, пока Бо вез нас сквозь деревья. Мы были не на дороге, и я мысленно помолилась, чтобы он смог найти дорогу обратно к аванпосту. Когда он направил грузовик вверх по узкому и чрезвычайно крутому склону, я ахнула и схватилась за ручку двери, в то время как мое сердце подпрыгнуло к горлу. Грузовик накренился под таким крутым углом, что это было похоже на катание на американских горках по первому ужасающему склону перед неизбежным падением.

Пожалуйста, грузовик, не перевернись. Я бы очень хотела дожить до своего тридцать пятого дня рождения.