Поразмыслив, я всё же решил обозвать монстров скатами.

Летели вражины ровным косяком, выставив на остриё атаки самую злобную и здоровенную особь.

Мне эти ушлёпки очень сильно не понравились. Хищники явно охотились за нами, крыльев у них не было, зато попахивало потусторонней магией. Прикинув расстояние до ворот крепости, я пришёл к выводу, что мы не успеем. Да и не очень-то мощные у Бьёрг ворота, снесут их вместе с нашей колонной — и глазом не моргнут.

— Что там? — белая голова наёмницы высунулась из люка.

— Скаты, — просто ответил я.

Твари уже оформились в точки и продолжали увеличиваться в размерах. Правда, точки эти располагались низко и практически сливались со степью — хищники неплохо так мимикрировали.

Бьёрг приставила к глазам полевой бинокль.

Быстро оценила обстановку и рявкнула:

— Круговая оборона! Пулемётные турели — к бою! Цель на три часа!

Хитрожопые монстры заходили с солнечной стороны, чтобы красные лучи слепили наших стрелков. Неплохая тактика, но у бойцов рудника есть я.

Вжух перестроился в птицу с острым загнутым клювом.

— Не спеши, — сказал я. — В воздухе можешь проиграть.

Непрерывная циркуляция, прокачка ки по каналам. Внешне я казался спокойным — сидел в позе лотоса на броне, щурился на солнце и готовился к применению своих техник. Справа от меня шевельнулась орудийная башня. Спаренные стволы крупнокалиберного пулемёта развернулись в сторону агрессоров.

Стая издала оглушительный визг, почти на пределе ультразвука.

А в следующую секунду я понял, что клин трансформируется, превращаясь в клещи. Особи на флангах ускорились и выдвинулись вперёд, чтобы завершить окружение нашей группы.

Я ударил кольцевым расширением.

Плотная воздушная струя отшвырнула скатов, сбив строй. Твари недовольно заверещали, попробовали перестроиться, но в этот момент заговорили пулемёты. Я чуть не оглох от крупнокалиберной трели. Вот только… пули прошивали желеобразные туши, вызывали их колебание, но существенного ущерба не причиняли. Монстры обладали устойчивостью к физическому урону. И в моменты попаданий смахивали на полупрозрачный кисель, что намекало на их магическую природу.

Зато против холода у них аргументов не нашлось.

Мне пришлось жахнуть морозом по площади, выбрав в качестве эпицентра альфа-самца. Выглядело это так, словно посреди степи взорвали ледяную гранату. Часть тварей окостенела, покрылась синей коркой и рухнула в траву. Грохот, звон и скрежет. Милые сердцу звуки.

Крайние скаты ухитрились выбраться из зоны поражения, перегруппироваться и пойти на сближение с броневиком на правом фланге. Я, разумеется, не мог такого допустить и ударил по одному из монстров молнией, а второго заморозил. Хищник не успел толком затвердеть, а его уже разнесло крупным калибром на осколки.

Следующая группа вражин попыталась зайти по широкой дуге к борту нашего броневика. Я отшвырнул монстров воздухом, заморозил и с удивлением обнаружил, что неведомая сила потянула их друг к другу.

Столкновение.

Дождь из кроваво-ледяных осколков.

Похоже, в бой вступил кинетик, и я знал только одного человека, способного на такое. Варя Фурсова не собиралась сидеть в кабине сложа руки.

Я закрыл глаза и осмотрел степь на дальнем трансе.

Место сражения выглядело так, словно сумасшедшие великаны вывернули на траву ледяную камеру с куриными потрохами. Мерзость, одним словом.

Колонна продолжала движение, выстроившись в каре. Пулемётные турели больше не разрывали степь своим грохотом, но я знал, что стрелки остаются в башнях.

Трижды меняю птичек-носителей.

И лишь убедившись, что нам ничего не угрожает, открываю глаза.

Мои каналы наполняются живительной энергией, узлы восстанавливаются. А ещё я впитываю силу погибших монстров, которая медленно, но верно укрепляет мою ауру.

Из люка показывается голова Бьёрг.

— Так и будешь сидеть наверху?

Вжух недовольно фыркает, возвращая себе облик кота. Маленький берсеркер недоволен — он так и не сумел никого сожрать.

— Подвинься, — добродушно ухмыляюсь в ответ.

Девушка скрывается в кабине.

А я лезу внутрь, понимая, что допроса восхищённых зрителей не избежать.

Разгружая броневики, подручные Бьёрг буквально светились от счастья. Шутили, подкалывали друг друга и работали с удовольствием — несмотря на то, что ящиков, контейнеров и мешков было много.