В консисторию мы вернулись ближе к одиннадцати вечера.

Усталые, но довольные.

Варя нашла свой блокнотик, тайник с наличностью, какие-то хитроумные артефакты и личные вещи. А ещё — оружие. Оказывается, всё это время наследница Фурсовых разгуливала по городу без мало-мальски приличного клинка. А пользовалась хрупкая блондинка, чтоб вы понимали… томагавком. Индейским боевым топориком, встречающимся чрезвычайно редко. Обух топора завершался острым шипом, который, вне всякого сомнения, можно загнать между бронированных пластин или в прорезь шлема. Вопреки распространённому мнению, томагавки не предназначены для метания. Это аналог секиры викингов для ближнего боя.

Я уже представил Варю с этой хренью на плече, разгуливающей по городу, но девушка заверила, что томагавк — «для особых случаев». А для повседневной носки у неё в закромах был припрятан танто.

На следующий день я вновь погрузился в череду изматывающих тренировок с Брониславом. Упор делался на рукопашный бой и тычковые ножи, о которых я имел весьма поверхностное представление. Честно говоря, не люблю я эти железки. Дайте мне побольше Разломов, и я прокачаю свою ауру до запредельного уровня. Потомку богов, умеющему оперировать всеми стихиями, нет нужды размахивать разным металлоломом. Это слишком примитивно.

Учиться я, правда, люблю.

Никогда не знаешь, что пригодится в жизни.

Особенно в сфере боевых искусств.

Поэтому я был признателен отцу Брониславу за науку. И честно, без усиления, переносил все тяготы тренировочного процесса.

Незадолго до обеда позвонила Варя.

Сложно сказать, как она меня нашла, но телефонограмма была принята смотрителем информаториума. Когда я встретился с девушкой, пожертвовав отдыхом, она сходу заявила, что договорилась о поставках провизии, медикаментов, топлива и всего необходимого для моих наёмников. А ещё добавила, что выплатит подручным Бьёрг премиальные и аванс за сентябрь. Не бесплатно — в счёт моего будущего долга.

В долги я влезать не люблю, но выбора не оставалось.

Мы подписали договор, и Варя сказала, что всё необходимое будет доставлено вечером. Нам придётся выехать в усадьбу Володкевичей и открыть ворота в катакомбы. Проследить за разгрузкой и вернуться назад не слишком поздно. Вот только в последнем я сильно сомневался, поэтому решил договориться с Вейцером о прикрытии.

— Я могу не вернуться этой ночью.

— Сильно, — Мирон отвлёкся от учебника по тактической подготовке. — Не успел поступить, а уже правила нарушаешь.

— Братан, я ведь не за нотациями к тебе обращался.

— А за чем? — искренне удивился сосед.

— За помощью.

— Об этом я как-то не подумал. И что я могу сделать?

— Ну, если кто-то заявится, скажи, что я в душе или ещё где-нибудь медитирую. Вот только был здесь, чай не успел остыть.

— Мне ещё чай заваривать?

— Это я для примера.

— Тупо, — выдал свой вердикт высший. — Но я, конечно, буду тебя выгораживать. Нравишься ты мне, хоть и полный отморозок.

— Спасибо на добром слове.

Я, разумеется, не думал, что инквизиторы следят за каждым семинаристом. Страх перед консисторией был настолько силён, что подавляющее большинство послушников не осмелится нарушить правила внутреннего распорядка. Я же буду действовать нагло и примитивно.

Время поджимало.

Через пару дней мы с Брониславом отправимся в Никополь, а оттуда — в Порт-Архаикум. Я не совсем чётко понимал, какое транспортное средство намерены использовать инквизиторы, но логика подсказывала, что это не Мобильная Крепость. Почему? Да потому что слишком медленно. Эти громадины хорошо защищены и представляют собой настоящие гусеничные города, но они ползают по Пустоши с черепашьей скоростью. А Брониславу, насколько я понял, надо попасть в некое место и провести расследование. Причём мойры хотят быстрых результатов. И я их понимаю. Если человечеству угрожает опасность извне, лучше узнать об этом как можно скорее.

В общем, за два дня я должен решить вопросы, связанные с рудником, чтобы отбыть на Север с чистой совестью. И сегодняшний вечер — краеугольный камень моего замысла.

Так я размышлял, пока не встретился с Брониславом после обеда.

Каратель с улыбкой ждал меня у двери информаториума.

— Изучаешь?

— Изучаю, — серьёзно ответил я.

— Молодец. Идём, покажу одну вещь.

Возражений у меня не было.

Разве что Вжух был недоволен развитием событий — он в последние дни стал чрезмерно любопытным и норовил отправиться со мной в сокровищницу знаний. Пришлось разрешить ему поохотиться на местных голубей.

Мы спустились на уже знакомый подземный ярус, вот только повёл меня инквизитор не на арену.

Череда длинных коридоров, металлические двери…

…В одну из которых мы и зашли.

С первого взгляда это помещение смахивало на арсенал, но… очень странный арсенал. Вместо мечей на стенах висели пистолеты и всякие другие штуки. С некоторыми я был знаком благодаря файлам, открывшимся на второй ступени посвящения. Другие игрушки попадались мне в Пустоши — ими снабжали экспедиционные отряды Мобильных Крепостей. С длинными стволами — это ружья. С короткими, плюс изогнутые рожки — автоматы и пистолеты-пулемёты. А ещё были металлические оружейные шкафы и стеллажи, на которых громоздились коробки с патронами. И всем этим заведовал угрюмый бородатый дядька в графитовой рясе. Мужик был крепким, приземистым и совершенно недружелюбным.