Теперь фронтовой аэродром, полетим двумя группами. Наша выходит на цель первой, вторая наводится по пожарам. Так и сделали. Хорошо все полыхало, а при возвращении случился бой с истребителями «ночниками». Чуечка не подвела – очередь прошлась по кабине штурмана, по мне. Ноги напрочь оторвало, пушкой видимо садили, я наложил жгуты, но чую, что продержусь недолго. Я еще помнил посадку, как меня доставали, как несли на носилках, врач рядом суетился, особисты, и темнота.

Судорожно вздохнув, я открыл глаза и посмотрел на голубое небо. Да, я оказался во все том же теле мальчика-терминатора. Примерный возраст двенадцать лет. Раньше показалось десять, но в меню нашел, именно двенадцать. Вот и сейчас меню мне было доступно. В прошлое тело теперь не вернуться, да и тезки под рукой нет, чтобы оживил, хэ-хэ. Надеюсь, все же я оставил о себе добрую память. Человека, преданного делу и несгибаемого, что бы со мной ни делали. По крайней мере я пользовался большим уважением среди личного состава обоих полков.

Поработав с меню, я сел, изучая тело и одежду, мельком посмотрев на дрон, что пролетал наверху. «Охотник» меня не обнаружил, сенсоры не засекли, так что тот улетел, а я закончил изучать свое новое тело и свою одежду. На дрона я смотрел с некоторой опаской, если тот меня обнаружит, то пленит сетью и доставит на сборную базу, где меня клеймят, и я буду работать или на заводах искусственного разума, или на фермах. Ну для последних я еще маловат, стояка нет, а вот для заводов вполне сгожусь. Насчет этого без шуток, дрон не опознает во мне терминатора. Новейшая разработка, металла нет, кости из керамики такой прочности, что не каждый пресс их раздавит. Мускулы, суставы, кровь, все искусственное, но вполне живое. Поддерживаются наноботами. То есть, если меня порежут, кровь потечет настоящая. Однако мысленно я могу запустить программу восстановления и зарастить ее и остановить кровотечение. Даже шрама не останется. Не сразу, за пару часов, чем глубже рана, тем дольше, но неплохие умения. Бегаю сто километров в час, плавать не могу, плавучести нет, сразу на дно пойду. Однако могу задержать дыхание, хотя кислород для питания организма мне нужен. Задержать могу на час, пройдя реку или какой-либо водоем по дну. Вода телу не повредит. Сильный, пару тонн подниму. Но это предел. Чтобы содержать свой живой организм, мне требуются вода и пища. При этом могу довольно долго не принимать ее. Воду до месяца, пищу два, в этом случае организм умрет, придется сбросить, чтобы не вонял, и останется скелет. Проще говоря, это будет конец моего существования. Тьфу ты, как робот заговорил. Помру я, если проще. Есть еще один момент: я хоть и искусственный ребенок, но тоже расту, наноботы стараются. Чуть медленнее, чем обычные дети, но все же.

Так вот, я просмотрел память терминатора, он очнулся тут. Видимо, сразу с завода ему залили задание и сбросили тут. А суть задания – проникнуть в людской анклав в Киеве, выйти на Сопротивление и навести на их базу ракеты. То есть память терминатора по сути была пуста. Новенькая машинка мне досталась, срок жизни три сотни лет. Естественно, делать этого я не собираюсь. По одежде я был бос, ноги слишком чистые, не поцарапаны, не грязные. Штаны из синтетики оборваны в районе колен, грязные, но не пахнут. То есть маскировка пока так себе. На мне также слегка рваная футболка, но главное наличие плаща. Тот покрыт специальной пленкой, сканеры дронов их не пробивают: закрылся плащом, не двигаешься, и тебя не заметят. Именно такой плащ и был у терминатора. Люди такими же пользуются. А вообще не стоит думать, что Генезис контролирует всю планету. Конечно же нет, едва ли треть. Например, обе Америки и часть Европы. Вот Сибирь, Азия и Австралию – нет, там появление его дронов эпизодическое. Это тут приходится как крысам прятаться, а там свободно люди живут, помня о законе ста. Это да. Генезис имеет спутники на орбите и конечно же наблюдает за поселениями людей, где редко его «Охотники» и «Добытчики» бывают. Однако тот, как и американцы, в случае нужды предпочитает применять ракетное вооружение. Где людей больше ста, то туда прилетят ракеты, уничтожая поселение. Если меньше, не обращает внимание. Этот программный заскок людям был известен, подозреваю, те сами его установили вирусом и стараются большими группами не проживать. Исключение – заглубленные подземные бункеры. Там и атомным зарядом их не возьмешь. Если только терминаторов послать для уничтожения.

Рядом со мной лежала сумка. На вид ничего так, но видно, что штопаная, да и самодельная. На длинном ремне. Подтянув ее, открыл, вполне зная, что в ней находится. Список содержимого у меня в памяти имелся. Это двухлитровая алюминиевая фляга, с эмблемой коммандос Генезиса, они у многих людей по руках ходят, часто трофеями берут, так что удивления не вызовет. Потом котелок и сковородка, кружка и ложка с вилкой, нож в ножнах. Ремень из толстой кожи, я его тут же надел и застегнул, теперь на боку нож висел. Также в сумке небольшой кофр с инструментами, по легенде я техник, учился в Москве у спеца. Знания в памяти по этому направлению были в полном объеме. Оружия, кроме ножа, нет, кремень, кресало и трут имелись. Из припасов узелок соли, крупы кило, муки примерно два кило. Несколько кусков вяленого мяса дикого кабана. Это все. Также имелся фильтр, пропускать воду, все же после войны и использования спецбоеприпасов мало где осталось чистых земель. Хотя радиация как раз для меня не помеха, защита имеется, наноботы называется. Открыв крышку фляги, я сделал три глотка, пить хотелось. Ха, нахожусь в теле терминатора, а вполне привычно ощущаю как жажду, так и голод.

Убрав фляжку обратно, я встал на ноги, проверяя координацию, и неожиданно почувствовал неудобство в штанах. Ощущая радостное смятение, расстегнув ремень и ширинку и слегка спустив свои эрзац-шорты, обнаружил стояк. Оказалось, я мог управлять эрекцией. Даже с помощью наноботов увеличивать размеры члена или уменьшать. Я начинаю любить это тело. Причем репродукционная система у моего нового тела вполне рабочая, я могу зачинать детей людским женщинам. Легко. И дети будут вполне здоровыми и сильными. Не мой уровень, те станут обычными людьми, но все же. Без мутаций, а то после войн тут это обычное дело.

– М-да, получается, и на фермы могу попасть, – вслух сказал я, пробуя голосовые связки и при этом обнаружив, что могу говорить любыми голосами. Спародировал Высоцкого, напев, потом Боярского и голос своего прошлого тела, Юры Некрасова. Оставив детский мальчишеский звонкий голос, задумался. А ведь фермы у Генезиса это не заготовка продовольствия для рабов, для этого плантации существуют, уверен, запас припасов оттуда. Нет, фермы созданы для выращивания работников, с рождением и ростом, с учебой и преданностью к искусственному разуму. Не стоит думать о диком и постоянном сексе с разными женщинами. Там искусственное оплодотворение, так что попасть на фермы я бы не хотел.

Запахнувшись в плащ, мало ли откуда «Охотник» появится, хотя они вроде в этой области редки, и, повесив сумку на плечо, да вообще ремень через голову перекинул, направился прочь, осторожно шагая в высокой траве. Та почти с мой рост была, неплохая маскировка. Заодно зрение проверил, пока днем, но мог приближать дальние объекты и удалять, как бинокль. Очень полезная опция. А двигался я к одиночному дереву, береза похоже. Нужно осмотреться, вот и стоит подняться по дереву повыше и использовать такую полезную опцию дальнего видения. Заодно под деревом похлебку сварю, лепешек напеку.

Пока шел, я осматривал травы вокруг, находя нужные, срезал одни и выкапывал корневища у других. Некоторые вместо чая пойдут, настой трав, другие тоже пригодятся. Мыло сварю, все, что для этого нужно, вокруг имеется, нужно только собрать и приготовить. Приправы для супа, жаркого или запекания. В общем, найти тут можно все что хочешь. Поэтому мой путь к березе был отнюдь не прямой, и запас трав и корешков рос, сумка наполнялась, пока я наконец не добрался до места. Под березой травы было мало, судя по следам, тут стадо копытных паслось, вытоптали. Осмотревшись, я положил сумку под березой и, быстро перебирая руками и ногами, поднялся на верхушку. Не так и высоко, метров семь всего, невысокое дерево, но осмотреться позволяло. Вокруг сплошной ковер трав, колыхался на ветру, небо тоже чистое, пока людей я не видел. А вот за спиной я рассмотрел голубую полоску. Похоже, река. Стоит к ней приблизиться.