— Вы так и делали, — напомнил ей Драмм. — Но я отдал противоположный приказ. Было бы нелепо, если бы они обращались ко мне «ваше сиятельство», когда вся моя жизнь зависела от них.

— И все-таки я должна была поправить их. — Она наклонилась, чтобы поставить поднос на столик возле него. Ее голос звучал спокойно и размеренно, но Драмм заметил, что руки у нее дрожат. — Это правда? — спросила Александра, глядя ему прямо в глаза. — Вы нас покидаете?

На ее лице отражалось только сдержанное любопытство. Но она не сводила с него глаз, когда выпрямилась, и задержала дыхание, пока он не ответил. Драмм тоже не отводил взгляда, такого же глубокого и печально-синего, как наступающая ночь. Он меланхолично покачал головой. Александра с облегчением выдохнула.

— Нет, несчастная леди, — слегка улыбаясь, сказал Драмм, — мне еще не позволено уехать. Очень сожалею, но, похоже, меня отпустят только тогда, когда я смогу в вальсе спуститься по лестнице вместе с вами.

Она улыбнулась ему с облегчением, которого не могла скрыть.

— Это новая лондонская мода? Вальсировать на лестнице? Тогда я рада, что живу в деревне.

— Так же как и я, — засмеялся Драмм.

Доктор улыбался, глядя на них, Эрик смотрел с интересом, но граф, переводя взгляд с одного на другую, только хмурился.

Выражение недовольства на его лице было незаметно по сравнению с тем, которое перекосило лицо доктора Пэйса, когда тот вошел в комнату. Он не стал терять времени с больным и не заинтересовался старым графом. Все его внимание привлек другой медик.

— Ну, сэр, — произнес он сразу после того, как был представлен, — что вы можете сказать о нашем пациенте?

— Только то, что уже сказал, — ответил второй доктор, — я и сам не справился бы лучше.

— В самом деле? — доктор Пэйс покачался на каблуках. — Ну-ну. Спасибо, это приятно слышать.

— Я рада, что доктора нашли общий язык, — раздался от дверей голос миссис Тук, — но уже поздно, мистер Пэйс, ваша жена, бедняжка, чуть не засыпает на кухне и умоляет вас отправиться домой.

— Хорошо, миссис Тук, — сказал Пэйс. — Думаю, достаточно с вас докторов на сегодня, сэр, — обратился он к Драмму, разглядывая его бледное лицо. — Вы неплохо справляетесь, но все изменится, если мы будем постоянно вас беспокоить. Увидимся утром. Доброй ночи.

— Да, доброй ночи, Драммонд, — отрывисто проговорил граф. — Мне тоже надо отправляться на ночлег. Вы идете, доктор Рейнз? — спросил он, подходя к двери, не дожидаясь ответа. Но резко остановился, увидев миссис Тук.

Женщина смотрела на него, не отводя взгляда, одновременно печального и удивленного. Граф Уинтертон нахмурился с озадаченным видом.

— Миссис Тук? — странным голосом спросил он; — Но я, кажется, знаю вас?

— Конечно, знаете, — приседая в поклоне, ответила она. — Я… была Розалиндой Осборн, хотя с тех пор прошло много лет.

— Розалиндой? — ошеломленно повторил граф. — Но вы — и миссис Тук?

Она кивнула, опустив глаза.

— Да, милорд. Я вышла замуж за Леона Тука, помните? Молодого человека, который пришел, чтобы продать моему отцу лошадь, и остался, чтобы забрать меня с собой? Наверное, не помните, — тихо проговорила она. — Люди, как правило, помнят сам скандал, а не имена его участников.

Высокие скулы графа покрылись красными пятнами.

— Да, теперь я припоминаю. Вначале ваше имя мне ничего не говорило. Я слышал, что вы овдовели, приношу свои соболезнования. Как вы поживаете, если исключить эти печальные обстоятельства? — со своим обычным вежливым видом поинтересовался он.

— У меня все в порядке. А вы, сэр?

— Как видите. — Он плавно повел рукой. — Я процветаю, как все злодеи. И благодарю за ваше участие, теперь я вижу, что Драммонду повезло, он окружен лучшей заботой.

— Благодаря Александре, — ответила миссис Тук, спокойно глядя ему в глаза. — Я просто предложила свою помощь.

— Да, конечно. Вы оказали мне услугу, и я благодарен. Если могу что-нибудь сделать для вас, то надеюсь, вы без ложной скромности скажете мне об этом.

— Мой дорогой сэр, — произнесла она, выше поднимая голову, — я не нуждаюсь в награде.

Граф Уинтертон кивнул и слегка поклонился. Теперь он держался явно холодно.

— Я должен идти, — обратился отец к Драмму. — Мы с доктором поселились далеко, самое близкое доступное жилье находится в часе езды отсюда. Я тоже считаю, что тебе нужен отдых так же безотлагательно, как мне. Я вернусь утром, — добавил он со стальной ноткой в голосе, которая прозвучала как угроза, и сверху вниз посмотрел на миссис Тук, потом на Александру и, наконец, на своего сына.

— Так намного лучше! — с энтузиазмом заявил Драмм после того, как Граймз на следующее утро осторожно помог ему опуститься в кресло. — Почему я не подумал об этом?

— Если я не могу вылечить вас так же хорошо, как доктор Пэйс, то по крайней мере могу обеспечить некоторые удобства, — удовлетворенно сказал доктор Рейнз.

— Я должен был позаботиться об этом, — с досадой произнес доктор Пэйс.

— Нет, это я должен был, — печально промолвил Граймз.