Через несколько минут появляется Диана с кофе, водой и ежедневником под мышкой. Стук ее каблуков по полу вызывает пульсацию в висках. Сжимаю челюсть. Диана стреляет в меня своими красивыми зелеными глазами.

Не принимай на свой счет, девочка.

Но это тоже эмоция. Диана хочет казаться пустой ко мне, но у нее ни черта не выходит. Я давно ментально считываю людей. По взглядам, жестам, мимике. И в девочке очень много эмоций ко мне. Мне нравится.

Она ставит передо мной воду, кофе и отходит на пару шагов назад. Близость ее напрягает. Но я же сломаю этот барьер. Лучше сдайся красиво, и все будет хорошо.

— В одиннадцать часов у вас… — начинает зачитывать мое расписание.

— Стой, подожди, — взмахивают рукой, останавливая ее. Замолкает, сжимая губы.

Закидываю в рот таблетки, запиваю водой под ее взглядом.

Да, девочка, я не бессмертен.

Во мне есть изъяны.

Прикрываю на несколько секунд глаза, выдыхаю.

— Продолжай.

Пока она зачитывает мое расписание, строго смотря в ежедневник, я смотрю на ее ноги. Красивые. Идеальные. В чулках они вообще шикарны. Хочу эти ноги в разных позах. На своих плечах, своих бёдрах… Я хочу пройтись по ним губами…

Отвлекаюсь от визуальной красоты, когда девочка замолкает.

Скольжу глазами выше по ее юбке, черной блузке, застёгнутой под горло. Она ее душит.

— Расстегни верхнюю пуговицу, — прошу ее я.

— Зачем? — распахивает глаза.

Ох, девочка, что же ты каждое мое слово воспринимаешь как секс?

— Тебе некомфортно, — поясняю я. С минуту сомневается, но все же расстёгивает пуговицу. Выдыхает. — Не нужно закрываться от меня. Это не поможет, — улыбаюсь уголками губ. Мне точно нужна другая секретарша. Эта девочка меня отвлекает от работы. С первого дня отвлекала. Но, если бы не мое внимание к ней как к женщине, я бы не взял ее на работу. — На одиннадцать отмени посетителя, перенеси на вечер в свободное окно.

— Хорошо, — кивает, делая пометки в ежедневнике.

— Скоро приедет мой сын с человеком по имени Ринат. Пропусти их сразу.

Снова кивает.

— Сядь в кресло, — указываю ей на белое кресло возле панорамного окна. Сомневается, но садится, складывая ежедневник на колени. Напряжена, натянута, как струна.

Делаю глоток кофе и снова скольжу глазами по ее телу, груди, шее…

У нее идеальная шея, мне хочется оставить на ней свои следы. Девочка боится секса, еще не понимая, что он давно начался. Это такая длинная и мучительная прелюдия, которая меня подогревает.

— Скажи мне, Диана, тебе не понравилась машина? Хочешь выбрать другую?

— Понравилась.

— Тогда почему ты приехала на старой?

— Потому что я не принимаю от вас таких подарков, — отрезает она.

— Отчего же?

— Разве это не очевидно?

— Нет, объясни.

Мне понятны все ее протесты, но я хочу диалога.

— Это слишком дорогой подарок. Боюсь, во мне нет столько ресурса, чтобы его окупить.

— Почему ты воспринимаешь мой подарок как плату?

— Наверное, потому что так и есть? — дерзко выгибает бровь. Усмехаюсь.

— Нет, Диана. Я и так возьму все, что хочу. И твои жертвы ни к чему. Оттого, что ты не будешь ездить на машине, она не перестанет быть твоей. Не нравится – поменяй, продай, подари, разбей. Я просто позаботился о твоем комфорте и безопасности. Мне хочется, чтобы ты ни в чем не нуждалась и не отвлекалась на проблемы. Деньги на карте – твои, можешь тратить их смело. Я ничего назад от женщин не принимаю, даже если мы расстаёмся.

Она молчит, снова сверкая в меня гневным взглядом. А я в этот момент думаю о том, как ей пойдет прозрачный чёрный пеньюар на голое тело.

Черт. Отвлекаешь ты меня, девочка. И вечером у меня нет на тебя времени.

— Освободи выходные. Все два дня. Мы едем за город отдыхать.

— Я обещала в выходные навестить родителей.

— Отмени. Можешь завтра взять отгул и навестить родителей. Мне нужны твои выходные.

Девочка хочет сказать что-то еще, но я не позволяю. Не хочу слышать ее отказов. Они меня раздражают.

— Все, мы не будем это обсуждать. Иди, — отрываю от нее взгляд и переключаюсь на монитор компьютера.

Поработать не успеваю. Через десять минут в кабинет входит мой сын с Ринатом.

Дамир весь взъерошенный, смотрит на меня волчьим взглядом. Скалится. Меня это не трогает. Пусть смотрит. Но я вправлю ему мозги. Метод кнута и пряника всегда работал отлично. Последнее время я раздаю ему слишком много «пряников». Расслабился мальчик.

— Если ты хотел меня видеть, мог просто позвонить, а не гнать с Цербером, — скалится в сторону Рината.

— Я хотел тебя видеть сегодня на экзамене. Хотел дать тебе достойное образование, немного мозгов, воспитание и будущее, в котором ты сможешь достойно жить. Эти блага есть далеко не у всех. Дети с умом не могут себе позволить образование и возможности. А такие дегенераты, как ты, отказываются от того, что даётся им просто так.