Вошли в подъезд, и Ултан первым сел на ступени лестницы, чтобы освободить ноги от скотча. Помешкав немного, рядом уселась Кира. Вооружившись ножами, стараясь даже в перчатках не прикасаться к грязи на скотче и на обуви, они довольно неловко резали верхний слой своей необычной обуви.

Андрис не пошёл на третий этаж в «их» квартиру. Он уселся на ту же лестницу, чуть выше, и, словно заворожённый, следил за их манипуляции с ножами.

— Сегодня шестой день со дня катастрофы, — неожиданно сказал он.

Кира не поверила и принялась лихорадочно высчитывать. Поморгала глазами, вспоминая день за днём, и ошарашенно покачала головой: Андрис прав. Шесть дней!

— Уже шестой? — не поверил Ултан, аккуратно отдирая от ботинок разрезанный скотчевый слой.

— Уже… — повторил Андрис и замолк.

В тишине раздавался только скрип разрезаемого слоя, который Кира осторожно отделяла от обуви. Девушка старалась не слишком громко избавляться от скотча. Ей почудилось, что Андрис хочет высказать что-то, но что… В какой-то момент она взглянула на Ултана. Оборотень встретился с нею взглядами, быстро скосился на Андриса, смотревшего на свои ноги. Кажется, Ултан тоже понял: Андрис не напрасно сидит рядом и размышляет о времени.

Так и случилось. Андрис поднял голову и взглянул на них.

— Вы, наверное, мечтаете о том, как бы всё закончилось. И, наверное, будете думать обо мне плохо, но… Не хочу, чтобы заканчивалось всё это… Ну, мы здесь и никак не можем оторваться от катастрофы, которая будто идёт за нами по пятам. Вы… будете ненавидеть меня, но я хочу остаться здесь. Надолго. Вы вернётесь к своим делам, постепенно всё, что было, сотрётся из памяти… Куда возвращаться мне?.. В чистоту и безопасность, где снова надо будет думать о том, зачем я взял свою семью в тот торговый центр. Все мысли — вокруг одного и того же… Как же я ненавижу…

Он стиснул челюсти и отвернулся. Но договорил:

— А здесь мне приходится думать о насущном. О том, как остаться в живых. Хватит ли еды на всех нас. Понадобятся ли лекарства… Это жизнь в параллели, где есть другой Андрис, у которого никогда не было семьи. Но эта жизнь настоящая. В отличие от той, что ожидает меня, когда всё закончится.

— Ты не единственный в нашей группе, кто остался в одиночестве, — резко напомнила Кира. Знала, что напомнила зря. Но Андрис буквально напрашивался.

Он помолчал и пожал плечами.

— Ну… да. Не единственный… Но эгоизм мой от этого не утешен… Я ведь, Кира, себе это тоже повторяю. Не действует.

— Тогда вставай и пошли, — скомандовал Ултан, сам вставший и повернувшийся к лестницам на этажи. — Ты сам сказал, что сегодня — шестой день, а мы заправились только на трое суток. Поэтому нам ещё надо проверить верхние квартиры, нет ли там продуктов. Членов группы прибавилось. И те же лекарства, о которых ты упоминал, придётся приискать. Так что хватит. Идём.

Они заглянули в «свою» квартиру оставить в ней экипировку и предупредить, что идут на верхние этажи за провиантом. Терло сказал, что он пока будет разбираться на кухне с количеством съестного, а потом скажет, на что неплохо бы обратить внимание.

Нелла выглянула узнать, почему в коридоре такое оживление, а узнав — сказала, что будет в комнате с детьми.

Когда она вошла в комнату, в открытую дверь Кира заметила, что в помещении дети бегают вместе с Лапуськой, а Лайл и Катель смеются над ними.

Дверь закрылась, а Кира с неожиданным теплом подумала: «Здорово, что среди нас есть те, кому даже не то что хорошо, а даже весело. Хоть какой-то проблеск счастья…»

Кажется, о том же подумал и Андрис. Во всяком случае, девушка уловила, как он неохотно, но улыбнулся, всё ещё глядя на дверь в ту комнату.

Уже в прихожей мужчина спросил:

— Вы не возражаете, если на поиски я пойду с тем же ружьём? Как-то привык думать о нём, как о защите.

Ултан в ответ только поднял своё ружьё и улыбнулся.

— У меня пистолеты, — хмыкнула Кира.

Они вышли на лестничную площадку, где пришлось притормозить: здесь, прислонившись к стене, рядом с выделенной им квартирой, стояла Мюргис. Она тоже слегка удивилась при виде вышедшей на охоту троицы.

— Мы — искать продовольствие, — сразу сказала Кира. — Не хочешь с нами?

— Хочу! — обрадовалась женщина-оборотень. — А то навязались вам, а сами без припасов. Только подождите — я сейчас прихвачу пакет какой-нибудь и предупрежу Камхеа, что меня не будет.