Со стороны я наверняка похож на вытащенную из воды рыбу, которая, выкатив глаза от ужаса, беззвучно открывает и закрывает рот. Мои комнаты выглядят так, будто в них только что закончилась безумная оргия длиной в ночь, что весьма недалеко от истины, ибо уснули мы с Трубецкой только к утру.

— Конечно, о чем речь — дело молодое! — на помощь приходит Игорь Всеволодович. — Не буду вам мешать, мне в любом случае пора на службу!

Мы спускаемся в темное нутро высотки, и после череды взаимных прощаний и пожеланий хорошего дня Великий Князь оставляет нас одних. Романовы отказываются от краткой экскурсии: по их словам, все семь Родовых Высоток практически одинаковы, как и было задумано в свое время.

Я тащусь в свои апартаменты, будто приговоренный к смерти — на эшафот. За мной идут наследники Престола. Они с интересом рассматривают череду фамильных портретов на стене, отмечая их сходство с моей физиономией.

Наверняка Романовых занимает тот же вопрос, что и меня: кто из Великих Князей является моим отцом, но аристократический этикет не позволяет этот вопрос задать. До тех пор, пока мы не окажемся на короткой дружеской ноге.

Я пытаюсь придумать отговорки, объясняющие вселенский бардак, разбросанную по полу одежду и недопитый коньяк в бокалах, но не особо в этом преуспеваю. Цесаревич меня поймет и даже поддержит, а вот его сестра… Не хочу, чтобы она видела откровенные свидетельства моих встреч с другой девушкой.

Я распахиваю дверь и пропускаю гостей вперед. Следую за ними, и из моей груди вырывается вздох облегчения: в апартаментах царит идеальный порядок — даже древние манускрипты аккуратно расставлены на полках в книжном шкафу. То ли Трубецкая позаботилась, то ли лично Шувалов.

Я оглядываю свое нескромное убежище и впервые осознаю, что оно совершенно безлико, как пятизвездочный гостиничный номер в дорогой гостинице. Единственное проявление индивидуальности — книги с разноцветными, потрепанными переплетами, которые я позаимствовал в библиотеке.

— Присаживайтесь, гости дорогие! — я указываю рукой на мягкую мебель.

Алексей с удовольствием плюхается в кресло и запускает пальцы в вазочку с восточными сладостями, а Наталья неспешно обходит гостиную. Девушка задерживается у книжного шкафа, задумчиво проводит ладонью по кожаным переплетам и оборачивается.

— Я разочарована, князь! — заявляет она, окидывая гостиную широким жестом. — В этом стерильном помещении нет тебя!

— Возможно, чтобы убедиться в обратном, тебе стоит посетить опочивальню Александра? — игриво произносит Цесаревич, вскинув брови.

Он вскакивает с кресла, бросается к двери в спальню и бесцеремонно ее распахивает. Заглядывает внутрь и оборачивается, озорно улыбаясь.

— Шувалов, да ты тот еще затейник! Я был уверен, что изюминку мы узрим именно здесь! Сестрица, тебе определенно стоит это увидеть!

— Александр, ты не против? — спрашивает моего позволения Наталья, проявляя чуть больше такта, чем непоседливый брат.

— Не смею препятствовать! — отвечаю я, лучезарно улыбаясь.

Девушка заходит внутрь, и тут же возвращается, заинтригованная.

— Зеркало на потолке?! — спрашивает она с искренним интересом. — Это твоя идея?

— К моему стыду — нет! — неохотно признаю я. — Сей факт меня не красит, но все досталось мне уже в готовом виде. Признаюсь, я даже освоиться не успел! Новый дом еще не стал моим домом в полном смысле этого слова!

— Наверное, после палат императорского сиротского дома это воистину царские покои?! — осведомляется Алексей, подходя к окну и глядя на панораму Москвы.

На удивление, в его голосе нет ни нотки иронии, высокомерия или издевки. Это аккуратная проверка фактов из моего досье или искреннее замечание?

— Все так, и я еще не привык к золотой лепнине, хрусталю и обоям с вензелями…

— Наверное, ты единственный, кто не удивится, побывав в моей комнате, — говорит Цесаревич обернувшись. — Пользуясь случаем, приглашаю тебя с ответным визитом и обещаю показать мое скромное жилище! Настоящее, а не помпезные апартаменты для таких же помпезных гостей!

Я смотрю в темно-зеленые искренние глаза и не понимаю, что происходит. Цесаревич последовательно развивает свою тактику: активно набивается мне в друзья. Я по большому счету не против, но меня интересуют его мотивы. Зачем Наследнику Царского Рода нужен бастард, выросший в сиротском доме? Еще один экспонат в обширной коллекции аристо-прихлебателей? Или же он знает о моем истинном прошлом и его интерес — игра, призванная вывести меня на чистую воду?

— Александр, поздравляю! — торжественно произносит Наталья. — На моей памяти ты первый, кто удостоился подобной чести! Даже Юлии Нарышкиной было в ней отказано!

— Сестрица, не нагоняй интригу! — на лице Алексея возникает натянутая усмешка. — И не формируй завышенные ожидания — парни не в моем вкусе!

Я невольно вспоминаю первую встречу с Наследниками Короны и уже в который раз не верю глазам и ушам. Вместо скабрезных шуток и словесной дуэли с сестрой на грани фола — доброжелательное, в чем-то даже рафинированное общение, обильно сдобренное иронией. Я по очереди смотрю на моих гостей и не могу избавиться от ощущения, что оказался на театральной сцене и наблюдаю пьесу, которую играют персонально для меня.