Шрифт:
– Устроит ли вас, если я подойду с социальным работником и переговорю с Кэти? Возможно, покажу ей несколько фотографий…
Клэр снова ответила «нет», а Пит – «да».
Помолчав, она по очереди бросила взгляд на обоих мужчин. Один из них Кэти не знал вовсе, а другой проводил с ней не больше часа в день. Холодно улыбнулась, стараясь, чтобы зубы не так стучали друг о друга.
– Боюсь, детектив, этот вопрос нам также следует обсудить.
Глава 27
Робин сидела на открытой площадке кафе «У Джимми», наслаждаясь ласковым полуденным солнышком, попивая кофе и закусывая персиковым пирогом. День был насыщенным – четыре пациента и одна встреча с родителями. Пожалуй, заслужила пару часов отдыха.
Увы, на нее то и дело посматривали, да еще и шептались. Опять паранойя, или действительно окружающие шушукались больше обычного? Робин не могла отделаться от чувства, что посетители кафе сплетничали с удвоенной силой, причем именно о ней.
Она старалась не обращать внимания: уткнулась в телефон, листая фотографии милых собачек. И только принялась разглядывать снимок очаровательного пекинеса, как на экране появилось сообщение о входящем вызове. Мама…
С самого дня похищения кукольного дома Робин с ней вживую не разговаривала. Двадцать три пропущенных звонка… Писала в мессенджере – так оно безопаснее. Сообщила, что забрала домик, и выразила уверенность: мать не слишком расстроилась из-за маленькой кражи. В конце концов, сама ведь говорила – Робин, дескать, делает большое дело для Кэти. Ну, позаимствовала игрушку, решив помочь ребенку, подумаешь…
Психологическим манипуляциям Клэр училась у лучших специалистов, однако у матери к подобным приемам имелся иммунитет. Написала, что хочет получить домик обратно. Если дочь не в состоянии купить себе в кабинет такой же, мать, мол, будет рада поучаствовать материально, тем более видела подходящий вариант на одном сайте.
Робин пообещала игрушку вернуть, однако слово не сдержала. И даже не заглянула к матери, а ведь прошло уже больше недели… Назревала катастрофа невероятных масштабов.
Придется ответить. Пусть выговорится, в конечном счете оно того стоит. Прекрасная погода и сладкий пирог добавили смелости, и Робин нажала на кнопку.
– Привет, мам.
Та уже рыдала в трубку.
– Неужели ты настолько меня ненавидишь? Ведь я столько для тебя сделала! Дала вам обеим жизнь! А теперь дочери даже носа не показывают, будто не в одном городе живем…
– Мама, я тебя люблю, – понизила голос Робин. – Просто сильно занята. Завтра забегу, клянусь!
– Что? – простонала мать. – Не слышу, говори громче. Где ты находишься, почему шепчешь?
– В кафе «У Джимми».
Ах ты…
– А я думала, ты занята! Выходит, не слишком, раз позволила себе посидеть в кафе.
– Да нет, я просто на минутку… алло?
Но мать уже бросила трубку.
Робин сунула телефон в карман и отхлебнула вдруг ставший безвкусным кофе. Планировала понежиться часок-другой на солнышке, просмотреть соцсети, почитать книжку… С каждой минутой ее все больше охватывало чувство вины. Каждое движение секундной стрелки подтверждало правоту матери. Занята, называется! Вместо того чтобы заскочить к маме, сидит и бездельничает…
Она поймала на себе взгляд Джимми, и тот подошел к ее столику.
– Как тебе персиковый пирог, Робин?
– Прекрасен, как обычно. – Она улыбнулась.
– Весь секрет в свежих персиках.
– Правда вкусно, Джимми! А можете принести мне…
Она примолкла. Мимо прошли две женщины, бросили на нее любопытные взгляды и зашептались. Можно поклясться – не просто любопытные, а прямо-таки испепеляющие.
– У тебя все в порядке? – забеспокоился Джимми.
– Я не… Вы видели? – спросила Робин. – Заметили, как эти кумушки на меня посмотрели?
– А? – Он оглянулся. – Не обратил внимания. Да что ты переживаешь? Людям свойственно совать нос не в свое дело.
– Что? О чем вы говорите?
– Да ни о чем, – нахмурился Джимми. – Не бери в голову. Еще кофейку?
– Вы хотите сказать… – Робин замялась. – Что значит «не в свое дело»?
– Вы часом не Кэти обсуждаете? – возникла у столика Элли. – Не понимаю, почему все так взбудоражены…
– Взбудоражены? – переспросила Робин.
– Не хочешь протереть столики? – вспылил Джимми. – Господи, она то сидит в телефоне, то расстраивает посетителей… Миллениалы – ни грамма тактичности!
– Никакое я не дитя… А что, у миллениалов напрочь отсутствует такт? – Элли пожала плечами. – Зато у послевоенного поколения его полным-полно. Аж из ушей прет!
– Во всяком случае, мы знаем, когда следует держать рот на замке. – Джимми скрестил на груди руки.
– Ой, большое дело! – Элли закатила глаза. – Если о Робин говорят всякую ерунду, ей следует об этом знать.
– Всякую ерунду? – недоуменно заморгала Робин.
– Не слушай ты ее, – заворчал Джимми. – Подумаешь, парочка ведьм… Глупости это всё.