Хороших слов для пославших нас сюда у меня не было.

Это — сейчас.

Уже через полгода я бы совершенно по-другому думал, но до этого времени мне тут ещё дожить надо было и много узнать.

Большинство неверных решений происходит из-за того, что у принимающих их неполная, несвоевременная или вообще в корне неверная информация. Вот из такого дерьма конфетка и не лепится. Пусть этим даже мастер занимается.

На этот раз подвела система распознавания пробоев. Спутник с орбиты его как 3-б расценил. 3-б — пробой малый, без поддержки. Типа разведки боем. Бросили кого не жалко и смотрят что будет.

Дальше и пошло всё по принятому и утвержденному здесь стандарту.

Система оповещения сработала мгновенно. Не подвела, на пять с плюсом свою задачу выполнила.

Отлично! Шесть часов до стабилизации канала имеется.

Без поддержки, значит — ставим лёгкий быстровозводимый периметр и с него из ручных автоматических гранатометов уничтожаем шары.

Базы хранения периметров по всей стране натыканы густо. Максимум за три часа до любого места их доставить можно. Разложить контейнеры с упакованными в них стеночками вокруг пока ещё колеблющейся границы тумана — дело не хитрое и не долгое. Два самых обычных человека легко контейнер таскать могут.

Разместили на более-менее ровном месте контейнеры и жми на кнопки на крышке. Делали легкие быстровозводимые периметры весьма неглупые люди. Ну, и жизнь, опять же, нож к горлу приставила. Это тоже весьма изобретательской мысли способствовало.

Раз, два, три и готово. Сегмент периметра и к земле пристрелен и вверх вытянулся. Дальше надо подмости с ограждением ставить. Ну, а до этого один сегмент с соседними скрепить. Дело — вообще секундное.

Периметров этих за сорок лет наклепали... достаточно. Специально учить возводить их не надо. Последний дебил с этим справится. Ну, будет стенка немного кривенькая-косенькая и со щелями, но это — не самое страшное.

По нормативу за час формирующийся пробой должен быть огорожен. Есть даже специальные нормы контейнеро-человеко-часов.

Три часа доставка плюс час возведение. Ещё пара часов в запасе до стабилизации канала, когда оттуда шары попрут. Кстати, зачем? До сих пор точно не известно. Логика и цели тех, того, хрен знает кого, кто на том конце канала — неведома. Чужие они, одним словом. Не наши.

За эти два часа много что можно сделать. Например, тяжелое вооружение установить.

Что тут? 3-б? Тогда, ручных автоматических гранатометов за глаза хватит. Лишь бы кому из них стрелять было.

Через шесть часов после срабатывания системы оповещения... шары не появились.

О-хо-хо-хо-хо...

3-а? Личинка в поддержке? Шариками плазменными будет плеваться?

Хренастенько... но — поправимо. Тут только снайпер нужен, который ей гранату в глотку со ста пятидесяти метров забросит.

Через пол часа на периметре поняли, что это не 3-а...

За это время, за тридцать минут, личинка по любому должна была показаться.

Паршиво сработал спутник...

Тут ведь двоечка, похоже вырисовывается.

2-б? Или — 2-а?

Нет, 2-а — маловероятно. Но и 2-б — совсем не сахар. Это — червь, матерый.

2-б уже «прижигать» надо. Такая тактика...

Зачем тогда на стенах периметра стояли? Чего ждали?

Оказывается, нормально, что стояли. Червь только почти через час должен был появится, да и приказ покинуть периметр не отдан был. Вот прибудут вертолеты, тогда и поступит соответствующая команда.

Почему червь раньше проклюнулся? Это его самого уже надо спрашивать. Вообще, с этим пробоем было много непонятного. Какой-то он был неправильный.

— Серёга, бросай сумки, беги, меня не жди! Сейчас прижигать пробой будут!

Прижигать?

Тогда я Коромыслова не совсем понял, но, это «прижигать» мне что-то не понравилось.

— Серёг, беги! Не жди меня!

Да не жду я его! Дохляк просто...

Глава 32 Боевой стимулятор

При-жи-гать.

При-жи-гать.

При-жи-гать.

Бегу и повторяю.

При-жи-гать.

Ну, как — раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три.

Удачно так слово раскладывается.

При-жи-гать...

А, может, зря бегу? Зря сумки с медициной тащу? Прижгут пробой с червем и всех нас вместе с ним?

Умру только уставший...

Может, сумки бросить? Всё легче будет.

Тащу их, мучаюсь, а жить-то мне всего ничего осталось.

При-жи-гать.

При-жи-гать.

При-жи-гать.

Мишку его нога совсем тормозить начала. Догнал я ветерана-инвалида уже. Наравне с ним бегу.

— Серега, не жди меня!

— Да, не жду я. Быстрее не могу.