Что он нагнетает-то? Лучше бы, хоть — Мишка, хоть — он, сказали мне, кто появиться из тумана должен!

Даже — просто шепнули. Я бы услышал.

Хоть сейчас мы в костюмах и шлемах, но разговаривать свободно можно, слышимость почти не изменилась. Мне кажется, что как бы даже не лучше немного стала. Такая вот имеется у нашей экипировки опция.

— Червяков любишь?

Чего-чего, а вот такого вопроса я от Мишки не ожидал. Нашел время про червяков спрашивать.

— Любишь, говорю?

Совсем у Коромыслова крыша поехала!

Или, отвлечь, чуток развеселить он меня хочет? Причем, бородатым анекдотом.

Ну, про двух маленьких мальчиков. Как один другого про то же спрашивает — червяков любишь? Тот, ушибленный на всю голову, и отвечает, что любит.

— Любишь, так ешь его! — говорит и червяка протягивает...

— Любишь, говорю? — в третий раз повторяет Мишка.

— Нет, не люблю и есть их не буду.

— Да я не про то. Сейчас червь появится.

Червь? Он, это — червь?

Господи, сила и воля твоя!

Тут он и начал появляться.

Из тумана, не прямо перед нами, а на девяти часах что-то антрацитово-черное начало высовываться.

Запахло химией гораздо сильнее, у меня глаза даже заслезились. А, не протрешь их сейчас, голова-то шлемом прикрыта.

— Матерый, — прокомментировал видимое нами штурмовик.

— Матерый, — согласился с ним Коромыслов.

Я промолчал. Сказать мне было нечего.

— Сейчас вдарит, — штурмовика как прорвало.

— Вдарит, — не отставал от него Мишка.

Между тем червь всё больше и больше из тумана показывался. Зрелище, надо сказать, было отвратительное.

Я, змей, червяков и гусениц разных, просто не переношу. Смотреть на них мне даже противно. Передергивает меня всего как их увижу.

Тут же... выползала из тумана гадость невероятная. Черная, даже издали видно, что слизкая вся, подрагивает ещё как желе на вилке...

У меня к горлу даже тошнота подкатила.

В этот самый момент червяк струей огня и плюнул. Как змей из сказки. Она не быстро, как-то не по-нашему, к защитному периметру приближалась. Словно на экране кинотеатра кадры замедленные шли.

Червь выпустил из себя не просто пламя. Жидкий огонь — такая аналогия у меня в мыслях возникла. Что-то подобное из жерла вулкана течет.

Струя дошла до металлических защитных конструкций и их как резинкой каракули с листа бумаги стерла. Вот были они и пропали. Не горели, не плавились, а исчезли в один момент.

Люди, что на них были... Не стало людей.

Тут червь, свою башку, или что там у него, начал потихоньку в нашу сторону поворачивать. Как-то так у него получалось, что этот жидкий огонь ровно-ровно до защитного периметра доставал. Ни ближе и не дальше. Испарит червь нашу металлическую конструкцию и опять чуть струю сдвинет.

Делал он всё это плавно и неотвратимо.

— Уходим!!!

Коромыслов толкнул меня к лесенке, что вела вниз с защитного периметра.

Я чуть не упал, но как-то на ногах удержался. Схватил один баул с медикаментами. Шаг, другой сделал и остановился.

А, второй? Червю на съедение оставлять?

Вот хрен ему!

Я вернулся, вторую сумку с медициной уже в другую руку взял.

Наши своих не бросают! Пригодится нам ещё всё это добро.

Уже перед самой лесенкой вниз я оглянулся на туман и червя. Гаду ползучему до места, где я и Коромыслов только что стояли, совсем уже немного оставалось. Из тумана же шары выкатывались.

Вот такая у них сегодня тяжелая артиллерия в виде поддержки оказалась. Смел червь наши укрепления и теперь с шарами хоть на кулачках бейся.

— Быстрее!!!

Орал мне уже с земли Мишка.

— Уснул там!!!

Уснёшь тут с такими выкрутасами... В кошмаре подобного не увидишь.

Глава 31 Дохляк

Я еле за Мишкой поспевал.

Остальные, что успели со стенки спрыгнуть, уже почти в ста метрах впереди нас были.

Коромыслову — простительно. Вместо одной ноги у него протез.

Я — просто дохляк.

Ещё у меня в руках две сумки с медициной.

Я бежал и ругал.

Кого?

Как кого?

Начальство. Оно всегда во всем виновато.

Выставили нас в рядок на стеночку — приходи червь и жги. Ну, или в мясных пирогах ешь.

Почему против червя ничего адекватного не приготовили?

Танков каких-то? Артиллерии крупнокалиберной? Ну, или чем их тут бьют?

Уроды...

Козлы безрогие...