Зейд протягивает кусочек пирога мне, и я откусываю от него, сразу же облизываясь. Он внимательно следит за моим языком, чувствую физически как в его штанах становится тесно. Мне нравится с ним сидеть и просто есть, говорить ни о чём, никуда не торопиться и не думать о его работе и грязных делах.

Видимо, Зейд подумал о том же, потому что стал серьёзнее.

– Я обещал разговор, но вчера нам так и не удалось дойти до него. – Вспоминает Карабинер, и я густо краснею, вспоминая все пошлые позы, в которые он поставил меня в душе ночью. У Зейда не было совести, он был слишком ненасытным и требовательным. – О чём бы ты хотела спросить меня?

Вопросов слишком много. Нужно попробовать сосредоточиться на главном.

– Кто тот мужчина из больницы? Что принёс фотографию?

– Паоло Карризи. – Отвечает спокойно Зейд. В моей памяти всплывает это имя, кажется, я слышала его имя по телевизору или в новостях в интернете оно всплывало несколько раз. Мужчина был достаточно известен и влиятелен в Италии. – Когда-то он спас мне жизнь, дал образование и работу.

– И теперь ты работаешь на него?

– Ты обижаешь меня, Малыш. – Зейд усмехается. – Я никогда и ни на кого не работал. Но с Карризи у нас очень много общих дел, мы крепко повязаны. Наши отношения приближены к извращённой родственной связи.

Я немного замялась. Слова Зейда многое объясняли, но вызывали ещё больше вопросов. У меня не было понимания какие вопросы я могу задавать ему и как он отреагирует на моё любопытство.

– Не бойся, бить не буду. – Карабинер снова точно угадывает мои мысли. Порой мне кажется, что на лбу у меня всё дублируется. Не знаю, как ещё объяснить его телепатические способности. – У меня никогда не было семьи, но моя мама проявила чудеса стойкости и силы, чтобы сохранить мне жизнь. Её поступок заставил меня всегда в тайне хотеть настоящую семью с женой, готовой на всё ради моих детей и меня. В моём представлении в моей семье не может быть лжи, предательства и измен. – Карабинер делает паузу. Чувствую, как происходит внутри него борьба. – И я не хочу быть таким же слабым как мой отец, не позволю кому-либо причинить вред моей жене или детям.

Невольно вспоминаю разговор с Сергеем, я успела забыть про него.

Нервно вскакиваю на ноги, вытягиваюсь по струнке, переживая, что поплачусь за молчание.

– Ох, Зейд… - Моя реакция вызывает смешанные эмоции у мужчины, он каменеет и сжимает руки в кулаки. Зейд понимает всё по-своему. – Я забыла тебе рассказать кое-что. Вчера, когда я гуляла по Риму, ко мне в кафе подошёл секретарь в посольстве. Он хотел заключить со мной договор, информация о тебе в обмен на билеты в Россию.

Зейд заметно расслабляется после моего скороговорки. Я говорила на одном дыхании.

Мужчина откидывается на стуле и смотрит на меня уже весело.

– Боишься, что я проверял тебя и ты снова не прошла проверку? – Моё лицо само за себя говорило. До сих пор я была не уверена, что Сергей действовал сам. – Не переживай, мелкий гавнюк такой мелкий, что может отсосать у меня с твоего позволения, конечно же. Он решил выслужиться и заполучить вкусную должность, но даже не знает, что у меня давно всё схвачено не только в посольстве, но и за его пределами. Думаешь, кто покрывает пропажу девочек, прибывших в Италию?

У меня мир переворачивается.

– Ната, твоя наивность не перестанет меня поражать. – Мужчина качает головой. Достаёт пачку сигарет и закуривает.
– Прежде чем заняться обработкой и её перевозкой в Рим, её пробивают и одобряют. Основное и единственное условие – она должна быть одинокой и никому не нужной, чтобы никто в России не искал её.

Одинокая и никому не нужная… Какое точное описание моей жизни. Сирота без дружей и семьи.

Глаза увлажнились сами собой. Неприятно слышать такое.

– Не надо. – Резко предупреждает меня Зейд. – Прошлое в прошлом, а на правду не обижаются, Малыш. Я помню про обещание тебе подумать, как прикрыть это дело.

Не верю своим ушам. Вскидываю вопросительно брови. Наш разговор начинает напоминать американские горки, каждый круг удивляет всё больше.

Зейд усмехается, затягивается и выдыхает клуб белого дыма. Раньше я терпеть не могла запах никотина, а теперь растворяюсь в этом запахе, наслаждаясь процессом вместе с Карабинером.

– Есть у меня пара идей, но будет это не скоро. Такие дела не решаются одним днём. – Его слова заставляли меня надеяться, что мы сможем жить как обычные люди. – Если твои вопросы закончились, я перейду к своим. Первое, чем ты собираешься заниматься в Риме?

Неожиданно. Я не представляла себя как самостоятельный субъект. Не думала, что я могу чем-то заниматься, точнее, я думала, что Зейд не разрешит мне ничего.

– Подумай над этим. Глупо сидеть сутками дома. Как будут идеи, обсудим. – Зейд качает головой. Несмотря на то, что мне будет необходимо согласовывать с Карабинером хобби или работу, я радуюсь, как ребёнок. – И я не думаю, что тебе стоит это объяснять, но всё же проговорю… Теперь ты моя жена, это накладывает определённые обязанности. К тебе будет приковано особое внимание. Поэтому прошу тебя не компрометировать себя, не говорить ничего лишнего и не ввязываться в неприятности. После Сардинии я вынужден приставить к тебе людей, они всегда будут рядом, ты их даже не заметишь.