Так и сделали. Около трех часов мы были в заливе Карпатос, что между островами Родос и Карпатос.

– Что дальше?
– спросил брата, который снизил ход и начал рассматривать карту.

– Думаю...

Не стал прерывать его мыслительный процесс. Сначала хотел сказать: "Что тут думать, магазины закроются", потом спросил осторожно:

– И...?

– На Родосе одни курорты на береговой линии. Смотри. Не хотелось бы по ним лазить. А на Карпатосе аэропорт есть, вот значок.

– Так и закрытая бухта с судами есть.
– Алина показала нам увеличенную карту на своем ноутбуке. Самый дорогой ей выбрал брат в городе.

– Девочка права, - заметил я, когда посмотрел.

Мы закончили с выбором и на полном ходу отправились на запад, к бухте одноименного с островом городка Карпатос.

Подошли близко, смотрим. Тут вообще все как вымерло. Нагретый за день камень вокруг, везде мусор, собак нет. Пустые окна домов в местах пожаров. За год разрослись лианы и начали заплетать строения.

Когда высадились, к нам никто не прибежал. Сначала двигались осторожно, потом осмелели. Только высохшие скелеты в истлевшей одежде в лодках, в кафе рядом с берегом, даже воду искать противно. Но надо. По выработанной схеме подошли к самым крупным суденышкам в закрытой бухте. Так они и стоят на швартовах у стенки с прошлого года.

На ночевку мы отошли от городка и стали в середине бухты.

– Представьте себе, как эта бухта смотрелась в огнях кафе и ресторанов!
– мечтательно сказала девочка. Мы сидим на верхней палубе под тентом и ужинаем. Но огни освещают только нашу яхту. Какой замечательный вечер, как будто мы в отпуске, в самом начале курортного сезона, и на берегу случайно отключили свет.

Проснулись рано все. Впереди у нас путь через средиземное море. Отсюда до Порт-Саида около 650 км. Плановое время перехода - около 33 часов. Брат сказал, что будем держать скорость около двадцати пяти километров в час, иногда уменьшая до двадцати, чтобы снижать временами нагрузку на двигатель. Но пока все хорошо с ним, проверяем все системы ежедневно. Техническое обслуживание дизеля проведем в Австралии.

Но, как оказалось, день сегодняшний приготовил нам сюрприз.

– The earth, it,s the boat Runner, over!
– так мы на вахте периодически вызывали по связи берег .

– Так сейчас делал Андрей, когда на очередной вызов получил хриплый ответ на ломаном английском:

– Boat Runner, I Bank, over...
– Что тут было, брат крикнул мне, Алина прибежала сама, а брат продолжал:

– Кто вы, где вы находитесь, прием...

– Мы одни, старый мужчина и три старые женщины. Город Каш, вилла Актан. Красная крыша, одна на берегу. Придете к порту, увидите. Прием...

Тут Андрей взял паузу, чтобы обсудить предложение со мной.

– Что ты думаешь, Олег?

– На обратном пути, - шепотом сказал я, хотя связь была выключена в это время.

– Вилла Актан. Мы сейчас идем спасать людей, это далеко. Зайти к вам можем только на обратном пути. Это через месяц. Прием.

– Ждем, - ответил хрипловатый голос, потом прибавил, - доброго пути, конец связи.

Конечно, мы были очень взволнованы, и бурно обсуждали этот разговор в течение получаса, но потом успокоились. Все были полностью согласны с этим решением.

Идем дальше по открытому морю. Волны, идущие с запада, выросли до трех метров, но были довольно пологими, поднимая яхту с интервалом около семи секунд. Пока идет вахта брата, я решил спуститься на низкую корму, под его наблюдением, чтобы попробовать воду на вкус. Проверить, правду ли говорят, что вода в Средиземном море более соленая, чем в Черном.

– Ну что, какие результаты эксперимента?
– спросил Андрей, когда я вернулся.

– Черт его знает, надо пробовать обе по очереди. Но что соленая, это точно.

Поговорили о первой встрече людей, и что впервые сработало радио. "Это внушает надежду", - как говорит наша бабуля. Потом Алина вызвала меня на стрижку, первого. Потом пойдет брат, когда сдаст мне вахту. Хотели на палубе, но здесь мешает ветер, поэтому спустились в каюту.

Сажусь на перевернутое ведро в центре салона, она мне повязала простыню на шею. Наша юная парикмахерша сначала скептически меня осмотрела, потом включила машинку с самой крупной насадкой, и не говоря ни слова начала работать. Движениями снизу - вверх, от шеи к макушке, и по бокам так же. Очень уверенно.

Скоро обрезки моих волос валялись вокруг, а я чувствовал какое-то облегчение, какое всегда бывает после стрижки.

Хотел встать и поблагодарить, но девочка не дала этого сделать, и еще минут пять вертелась вокруг и стригла ножницами, работая над мелкими деталями. Наконец, разрешили встать. Поблагодарил ее от души, затем побежал в душ.

Вечером был ужин в открытом море, во время вахты Алины. Готовил его я, потом сам накрыл стол на верхней палубе яхты, под тентом. Ветер уменьшился до слабого, и мы спокойно ели и разговаривали.