Накрепко спаянная коммунистами из рабочих уральских заводов, дивизия в сентябре 1918 года закончила свое формирование и превратилась в грозную для контрреволюции и иностранных интервентов силу. Она громила Колчака, белогвардейские банды атамана Семенова и барона Унгерна, дралась с японскими и американскими интервентами, освобождая от них Сибирь и Дальний Восток.

За боевые заслуги перед Родиной в годы гражданской войны ВЦИК наградил дивизию Почетным Революционным Красным Знаменем.

С тех пор и до начала Великой Отечественной войны дивизия находилась на Дальнем Востоке, в Приморье, обеспечивая неприкосновенность наших дальневосточных границ.

Прибыв на Северо-Западный фронт и вступив в бои с немецко-фашистскими захватчиками, дивизия прошла через тяжелые испытания. Боевое мастерство далось ей не сразу. И настоящий боевой опыт она приобрела только в зимних наступательных боях. В них она возмужала, окрепла и прочно стала на ноги. В обороне на Ловати окончательно выковались ее упорство и стойкость.

В первый год боев дивизия уничтожила и вывела из строя не одну тысячу оккупантов, десятки танков, сотни орудий, тысячи пулеметов.

Но в напряженных боях таял и ее личный состав.

Боевые потери и выдвижение людей на новые должности повлекли за собой большую текучесть командных кадров.

Частая смена командиров частей, подразделений и политических работников вносила серьезные дополнительные трудности в руководство боевыми действиями.

Торжественное собрание, посвященное годовщине пребывания дивизии на фронте, состоялось в лесу, среди высоких сосен, по соседству с командным пунктом.

Саперы расчистили площадку, соорудили сцену, оборудовали партер скамейками, украсили и замаскировали площадку гирляндами из хвои.

В глубине сцены - дивизионные знамена и почетный караул, за столом президиума - командиры и политработники частей, подразделений, прославленные красноармейцы.

Опять среди нас командир Карельского полка подполковник Заикин. Он еше с трудом владеет левой, сильно поврежденной рукой, по его темные, глубоко запавшие глаза горят задором.

Новые боевые друзья, которых он впервые видит, знакомятся с ним, поздравляют его с выздоровлением.

А площадка, обрамленная гирляндами, волнуется по-своему. Здесь тоже лицом к лицу встречаются старые и новые друзья, и у каждого из них есть о чем поговорить.

На всех этих празднично настроенных людей ласково светит солнце. К безоблачному небу от цигарок и трубок многочисленных курильщиков тянутся струйки сизого табачного дыма.

Но вот все стихает. Комиссар Воробьев открывает торжественное собрание и предоставляет мне слово для доклада о годовщине дивизии.

У каждой воинской части есть свои успехи и неудачи, свои победы и свои герои, свои традиции, которыми гордится часть. Поэтому, говоря о жизни дивизии, я больше говорю о ее славных полках: Карельском, Казанском. Новгородском. Тепло, а иногда бурно встречают собравшиеся имена наиболее отличившихся товарищей, известных всей дивизии. Не забыты имена и наших погибших товарищей: Михеева, Вольфенгагена, Нестерова и многих других.

После того как я закончил доклад, начальник штаба огласил приказ по дивизии. В нем подводились итоги нашим боям и определялось первенство среди частей.

Лучшей части передавалось на хранение знамя Бурят-Монгольской АССР. Эта честь выпала Новгородскому полку.

Под громкие аплодисменты и крики "ура" знатный знаменосец полка сержант Постовнев вместе с ассистентами обнес развернутое знамя вокруг партера и, сопровождаемый знаменным взводом, направился в свой полк.

Определение первенства среди частей вызвало много разговоров. Говорили больше "старички". Они знали, что прошлой осенью и в начале зимы, когда Новгородским полком командовали Фирсов и Свистельников, полк занимал последнее место. С приходом же Черепанова и Егорова полк ожил и начал быстро выходить на первое место.

Черепанов был образцовым командиром полка: волевой, энергичный, способный отдавать себя службе целиком.

Вступив в командование полком, Черепанов слился с ним воедино. В лице комиссара Егорова он нашел достойного соратника, такого же энергичного и неутомимого. Заражая личный состав своей энергией, умело опираясь на командные кадры, на коммунистов, комсомольцев, ветеранов полка, командир и комиссар расшевелили полк, сдвинули его с места, а потом и вывели в голову дивизии.

– ...От души рад за ваш полк, - говорил майор Михалевич, новый командир артполка, первым поздравляя Черепанова и Егорова и пожимая им руки.

– Дай и я пожму, - улыбаясь протягивал руку Черепанову Саксеев.

– Ну, положим, ты-то не очень рад, - посмеиваясь. ответил на рукопожатие Черепанов, - Ты бы больше был рад, если бы знамя передали не моему, а твоему полку.

– Это само собой, - отшучивался Саксеев.
– Кто же против? А сейчас я от души поздравляю тебя.

– Спасибо!
– уже серьезно ответил Черепанов.

– А я вот жалею, что знамя передано не Карельскому полку. Чего ж тут скрывать!
– полушутя-полусерьезно сказал Заикин, прежде чем протянуть Черепанову руку.
– Поздравить, конечно, надо, против этого не возразишь, но, я думаю, надо постараться, чтобы в следующий раз оно было передано не новгородцам, а карельцам. Так-то, друг, не обижайся за откровенность.