– Ты молчишь.

– А ты ждал, что я устрою истерику?

– Да нет. Но что станешь все отрицать – очень даже.

– Не вижу смысла отрицать очевидное, – парирую я, громко сглотнув. – Моя самооценка действительно была на дне. Я на самом деле не могла поверить, что заинтересовала такого мужика как ты. Но как показала жизнь, в тот раз мои страхи имели под собой почву, не так ли?

– Я бы никогда тебя не обидел.

Оборачиваюсь. Потому что эти слова требуют зрительного контакта. Без этого – эффект не тот. Да и как понять, можно ли им верить?

– Ты собирался на мне жениться из-за бабла. По-твоему… – лижу губы, – это нормально? Ну, то есть… никаких обид? Врешь ты все. Если бы ты действительно думал, что в этом нет ничего такого, так и не скрывал бы своих намерений. А ты… Да, в любви не клялся. Здесь, конечно, мне тебе предъявить нечего. Но все же ты вел себя так, будто…

– Будто? Ну! Договаривай.

– Будто я тебе нравлюсь.

– Ты мне нравилась.

– О, да хоть сейчас не ври! Какой в этом смысл?!

– Вот именно. Смысла врать нет. Вот почему я говорю правду.

– Я тебе все равно не верю. И моя низкая самооценка здесь ни при чем. – Сунув руки в карманы, я опять отворачиваюсь. – Просто я знаю, какие женщины тебе нравятся. Кстати, поздравляю. Когда свадьба?

– Мы еще не выбрали конкретной даты. Аня…

– Что?

– Мне было с тобой хорошо. Что бы ты ни думала. Да, наверное, какие-то мои мотивы были…

– Низкими?

– Пожалуй, что так. Но ты мне искренне нравилась. Я же… Черт! – я оборачиваюсь. Матиас стоит, зарывшись двумя руками в волосы. – Ты мне здорово помогла в те дни. Без твоей поддержки все бы было гораздо хуже. Я очень к тебе тянулся. Зря ты не дала мне шанса объясниться. У нас могло бы все получиться.

– Ну… – усмехаюсь. – Теперь-то мы этого никогда не узнаем. Да и какой смысл? С тех пор утекло много воды. Поговорили – и ладно. Гештальт закрыт. Это мне и было нужно.

– Думаешь?

– Уверена. А как тебе вообще пришло в голову замутить со мной?

– Говоришь, гештальт закрыт, да? – иронично замечает Мат.

– Нет, ну интересно же! – невольно перехожу в оборону.

– Что интересно?

– Как человек к таким нестандартным решениям приходит? – ворчливо интересуюсь я.

– Да как… Ты меня привлекала. А тут отец на уши присел. Друг…

– Друг?

– Ага. Серый. Ты его, кажется, не знаешь. Я не успел вас представить. Он в шутку как-то заметил, что у меня есть два варианта. Один – замутить с тобой, второй…

– Второй?

– Порешить.

Матиас широко улыбается, демонстрируя идеально белые крепкие зубы. А я, как сова, глазами хлопаю, не находя слов, чтобы это как-то прокомментировать. Он же шутит, да? Я очень на то надеюсь. Но тонкие волоски по всему телу один черт привстают. Вот ведь жуть!

– То есть я еще малой кровью отделалась? – хриплю, хватаясь за бутылку воды, что стоит в углу на столике.

– Ты ж понимаешь, что это шутка, да?

– Да уж, шутка – обхохочешься.

– Короче, отвечая на твой вопрос, скажу – просто все совпало. Интерес к тебе, выгода и расчет. Если это тебе как-то поможет, замечу, что на тот момент я был уверен, что наш брак стал бы лучшим выходом из сложившейся ситуации для нас всех. Я сохранял за собой право единоличного принятия решений в бизнесе, ты получала семью, надежный тыл и щедрое денежное обеспечение, а отец… успокоение.

Все действительно звучит очень складно. И до того прагматично, что невольно возникает вопрос – а есть ли вообще в его жизни место чувствам?

– Звучит… очень рационально. Надеюсь, с тех пор ты пересмотрел свои взгляды на жизнь. Не то я не завидую Марианне.

– И почему же?

– Потому что брак без любви в моем понимании – довольно печальная история.

– Именно поэтому ты выходишь за узкоглазого?

Я вскидываюсь. Матиас же, ничуть не испугавшись мелькнувшего в моих глазах гнева, сощуривается:

– Или станешь меня убеждать, что влюбилась в него без памяти?

– Не твое дело!

– Ты первая коснулась этой животрепещущей темы.

Ну и чем тут крыть? Он прав. Я действительно полезла туда, куда не следует. И поплатилась. Очень жестоко, да. Потому что я… не люблю. Действительно не люблю Сашку, как он того заслуживает. Как брата, да. Как близкого человека, как родственника. Но не как мужчину. И чем тогда я лучше Матиаса? Он был готов жениться из-за наследства, а я… я – просто чтобы не быть одной? Чтоб влюбленным в меня без памяти парнем заткнуть дыру в груди, через которую будто в прорву утекает все хорошее, не задерживаясь, и ничего во мне не трогая?