Внимательно рассматривая выражения лиц, особенно самого Дэвида, я смог вычленить несколько кадров, в которых понятно, что этот человек постоянно борется с ментальным воздействием. Эмоции ведь наведённые. Находясь под контролем и испытывая вожделение, страх, злость и другие чувства, ты всё ещё остаёшься собой и пытаешься остановить то, что происходит вокруг. Внутренняя борьба не может не отображаться на мимике, и зная, что я ищу, я смог, если не добыть доказательства, то окончательно убедить сам себя.

Получается следующее. Власть имущие запустили проект “Игра” и начали переселение сюда того, что зовётся “излишками населения”. Тех, кто выступает оппонентами или тормозит этот процесс, устраняют различными г-хм… способами.

Далее, в этом мире переселенцев ждёт не нормальная жизнь, а вечная кабала и рабство. Этот пункт мне непонятен (для чего нужно именно такое построение общества), но, может быть, таким образом они выполняют селекцию между теми, кто будет прислуживать новым богам в новом будущем и прочими, кто не нужен? А ещё, какие-то навыки, приобретённые в Игре, переносятся и в реальный мир, и ради них в учётные записи вкладываются огромные средства.

– Как-то это всё беспросветно и нерадостно! – пробормотал я, перешагивая очередную корягу.

– Не бойся, – откликнулся Дед, – туда они нас пропустят, а вот по дороге обратно – сожрут.

– Э… – замялся я, пытаясь оторваться от своих мыслей, – Кто? Что? Где?

– Монстры! – было ответом.

Первоначально я планировал, что поход к Храму Всех Богов проведу в одиночку. Карта есть, маршрут Система подсвечивает, топать недалеко – всего три километра. Спрашивается, зачем нужны компаньоны? Однако Дед, услышав о моём намерении посетить это место, буквально настоял на том, что выступит проводником. Считая, что мероприятие займёт целый день (хотя что там делать целый день?), он решил, что мы должны тронуться в путь незадолго до рассвета.

Проснувшись рано-рано, он разбудил меня, и мы начали собираться. Обратив внимание, что мой напарник решил путешествовать практически полуголым, я в шутку поинтересовался: “А не в баню ли мы направляемся?”. Оказалось, что ту одёжку, в которой я вижу его ежедневно, ему подогнал кто-то из местных, с навыками портного. Увы, чтобы изготавливать предметы, способные воспроизводиться при воскрешении, требуется значительный уровень мастерства, а таких специалистов, к сожалению, здесь нет.

В общем, Дед был уверен, что обратный путь возможен исключительно через смерть, а потому остался в стартовых штанах, трусах и рубахе, выданных Системой при переселении в этот мир. Видя, как он ёжится от холода, я залез на аукцион и подобрал неплохой комплект, вроде моего.

Повеселев от вида подарка, Дед немедленно переоблачился в новое, и с совершенно беззаботным видом, насвистывая, двинулся вперёд. Эта беззаботность контрастировала с утверждением о неминуемости скорой гибели, но я не стал уточнять и зашагал следом, всё сильнее погружаясь в собственные мысли. В какой-то момент я настолько задумался, что информация о возможных опасностях стала для меня неожиданной.

– Э? – переспросил я, – какие монстры? Ты о чём?

– Ну вон, смотри, разве не заметил? – мой проводник взмахнул рукой в сторону ближайших зарослей и… я, наконец, увидел.

Впереди, сзади и по бокам нас окружал десяток крупных тварей. Эти монстры были страшные и… разные.

Особенно жутким было то, что их звериные глаза, казалось, отражают какой-то замысел. А главное, как выяснилось, они довольно давно следуют за нами и… бдительно наблюдают за каждым нашим движением.

– Что это? – ошарашенно спросил я, рассматривая нечто среднее между тигром и носорогом.

– Монстры, – пожал плечами Дед, – они всегда здесь э… дежурят.

– Дежурят? – тупо переспросил я.

– Ага, смотри! – сказав это, он подхватил меня за руку и, развернув, потянул в обратную сторону, делая шаг, второй, третий…

Внезапно, твари, которые до этого не собирались мешать нашему походу, встрепенулись, и одна из них шагнула навстречу.

– Что это? – повторил я вопрос, когда мы остановились.

– Если попытаемся вернуться домой – сожрут! – констатировал Дед.

– Э…? – замялся я.

– И так по всему лесу – не только здесь, – продолжил мой напарник, – К храму идти можно, обратно – нет.

Такое поведение выглядит разумным и…

– Они тоскуют! – сделал я заключение, глядя в огромные зрачки зверя, преступившего нам путь.

– Именно. Теперь понимаешь, почему мы их не едим? Да, мы умеем их убивать: можем строить ловушки, и оружие кой-какое имеется. Иногда, когда очень уж донимают, приходится лишать их жизни. Но есть… есть их не получается: кусок в горло не лезет – чувствуешь себя этаким каннибалом.

– Всё, Дед, я понял, – перебил его я, – вот откуда постоянный недостаток жратвы: выходит, вы охотитесь только на мелочь.