– То есть ты меня все это время просто пугал?
– она усмехнулась.
– Признаю, у тебя почти получилось.

– Ну, почему сразу пугал?
– мои губы отзеркалили ее усмешку.
– Обрисовал будущее. Твое будущее.

– Что-то я не совсем понимаю…

– Рано или поздно такой чип у меня будет, - очередное пожатие плеч.
– И технология внедрения - тоже будет. Так что сейчас, для меня главное - спрятать тебя подальше, до этого момента.

– И мы снова возвращаемся к тому, что отдать меня “ЩИТ”-у ты не можешь…

– Не могу, - я вздохнул. Как же не хочется с ней так поступать!
– Но есть другой план… У доктора Октавиуса есть замечательный прибор, под названием “Имобилизиен”...

– Нет... постой! Ты не можешь…

– Очень даже могу, - я усмехнулся.
– Хоть это и потребует определенных усилий с моей стороны…

– Все-таки ты - сын своего отца, - почти выплюнула девушка, осознав, что я уже принял решение.

– Именно так, Айрис. Именно так.

– ---------

Тоже время. День.

В отделе №118 я не появлялся уже давно. Проект “Хранители” больше не требовал моего контроля, и посетить “родной” для меня отдел все не выпадало возможности. До сегодняшнего дня.

Сегодня выпускали в эксплуатацию наш новый суперкомпьютер. Наш. Не принадлежащий ОзКорп, а принадлежащий нам. Отделу №118.

Конечно, сотрудники отдела такого полного доступа к ресурсам новой машины не имели. Об этом я позаботился. Однако и определенные привилегии себе Стэн с Марком прописали. А я сделал вид, что не заметил.

Если честно, ввести новую систему в эксплуатацию мы должны были давно. Однако оказалось, что я - вовсе не такой хороший программист, как сам о себе считал. В результате, работы над системой (большая часть которой заключалась в правке моих багов) затянулась на четыре дополнительных месяца.

– Осталось последнее, - произнес Квин, когда я уже предвкушал первые слова своего собственного Искусственного Интеллекта.

– М?

– Как мы его назовем?

– В смысле?

– Компьютер ОзКорп зовут Кари, - терпеливо пояснил Марк.
– А наш?

Хороший, кстати вопрос.

Я взглянул на мисс Курч, что с интересом поглядывала на меня в ожидании ответа.

Собственно, почему бы и нет?

– Как насчет “Джилл”?
– произнес я, мягко глядя на девушку, что медленно краснела под моим взглядом.
– По-моему, прекрасное имя.

– “Джилл”?
– ребята переглянулись, улыбнулись открыто и радостно.
– Отличная идея, босс. “Джилл”, так “Джилл”!

Следующие полчаса работал процесс, который заменил все переменные в системе на новое имя нашего суперкомпьютера.

– Ну, что?
– спросил Марк, когда все было еще раз проверено и перепроверено.
– Включаем?

– Давай, - я улыбнулся.

Нажатие кнопки, секундная задержка, пока система загрузиться полностью. И, наконец, милый, условно женский, но явно нечеловеческий голос, напоминающий голос Кари, произнес:

– Добрый день, мистер Озборн.

– Привет, Джилл, - я усмехнулся.
– С Днем Рождения!

Pride feeds their blackened hearts.

And the thirst must be quenched to fuel hypocrisy

Cleansing flames is the only way to repent.

Наши дни. Месяц спустя.

Дверь почти бесшумно закрылась за нашими спинами, отделяя суетный мир от ослепительной белизны лаборатории. Несколько ученых мазнули по мне взглядом, кто-то счел возможным уважительно поздороваться. Я кивнул в ответ, подходя к Коннорсу, как раз вводящему бедной лабораторной крысе очередную порцию какой-то жидкости, заключенной в тесную колбу монструозного шприца.

Мы остановились в нескольких шагах, с любопытством наблюдая, как животное, что полминуты назад доверчиво глядело в сторону ученого, вдруг зашлось в жутких судорогах, стало вырываться из рук, стараясь прокусить толстую ткань перчатки. Писк стоял оглушительный. Спустя секунд тридцать, судороги закончились так же неожиданно, как и начались. Крыса была мертва.

Коннорс тяжело вздохнул, убрал труп в специальный контейнер, явно собираясь впоследствии изучить. Обернулся. Увидел нас.

– А, мистер Озборн, - он усмехнулся не очень весело.
– Из тех самых - Озборнов.