Авери был заинтригован. В голосе Тома чувствовалось напряжение. А если добавить к этому странное замечание о "личной жизни", складывалось впечатление, что Том хочет что-то скрыть. Но в той ситуации, в которой они оказались, ничто не может оставаться тайным. Рано или поздно все всплывет наружу. Скоро, даже слишком скоро, они на собственной шкуре познают все сильные и слабые стороны друг друга, взаимные привязанности и недостатки, маленькие личные тайны... И это тоже будет нагота, просто в другом смысле...

Следующей сломалась Мэри. А вслед за ней отправилась спать и Барбара. Его спутники находились от него всего в нескольких ярдах, и однако, Авери почувствовал себя восхитительно, блаженно одиноким.

Он немного дрожал - от холода и удовольствия. Он подбросил дров в огонь и уселся поудобнее. Возможно, следует выйти из лагеря и посмотреть вокруг, не собирается ли кто-нибудь на них напасть. Но Авери тут же отказался от этой мысли. Ночь была такая темная, что в стороне от костра он ровным счетом ничего не увидит. А сам при этом станет прекрасным объектом для нападения. Нет уж, лучше сидеть и не рыпаться, положившись на изгородь и костер.

Погруженный в свои мысли и воспоминания, Авери просидел у костра, наверно, минут сорок пять, когда вдруг услышал шорох. Это Барбара, накинув на голое тело рубашку и натянув слаксы, вылезала из палатки.

– Не могу уснуть, - прошептала она.
– Я пробовала и так, и этак ничего не помогает. Мэри-то уснула без проблем. Дрыхнет, словно дома.

– Может, ты выпила слишком много виски, - тоже шепотом предположил Авери.

– Или мало, - улыбнулась Барбара.
– Ричард, мне чертовски одиноко. Сделай любезность, подержи меня за руку. Это все, что мне сейчас нужно.

Авери посмотрел на нее. Затем нежно обнял за плечи и притянул Барбару к себе. Со вздохом облегчения она прижалась к нему. Так они и сидели, обнявшись...

– Подумать только, - наконец прошептала Барбара, - что делает контакт с другим человеком... я имею в виду реальный, физический контакт. Десять минут назад я дрожала, словно туго натянутая струна, а теперь расслабилась...

– Но не слишком, я надеюсь.

– Нет, не слишком, - отозвалась Барбара, глядя на него как-то странно.
– Все еще только начинается, и мы должны быть чертовски взрослыми, так?

Авери не нашелся, что на это ответить, а Барбара только еще крепче прижалась к нему. И эта близость давала ему самому ощущение безопасности, словно где-то внутри медленно раскручивалась сжатая спираль пружины. И еще удивительнее (и приятнее), что никакие сексуальные устремления не заслоняли этого чувства близости и взаимной необходимости...

– Может, пойдешь обратно спать?
– спросил он через некоторое время.

– Нет уж, спасибо, - пробормотала она.
– Это куда лучше сна.

Так они и сидели долгие, долгие часы, не разговаривая, почти не думая, просто наблюдая за огнем и слушая странные и таинственные звуки ночи, накладывавшиеся на постоянный, неумолчный шорох морского прибоя.

Ночь прошла совершенно спокойно. Две луны, одна чуть больше другой, светящимися воздушными шарами плыли в усыпанном звездами небе. Но вот, наконец, красное солнце, удивительно похожее на земное, высунулось из-за верхушек деревьев...

Ричард и Барбара вместе просидели у костра почти до рассвета. Том и Мэри дежурили поодиночке и, в общем-то, не долго - ну, может, по часу каждый. Несмотря на то, что спали они совсем мало, и Авери, и Барбара чувствовали себя преотлично: за завтраком им даже не верилось, что почти всю ночь они, обнявшись, как пара влюбленных подростков, просидели у костра. Вспоминая об этом, Авери испытывал некоторое смущение. Эта ночь знаменовала возникновение какой-то близости, к которой он пока был не готов.

Позавтракали они предельно просто - остатками фруктов. Потом Авери попросил Тома еще раз посмотреть карточки и отправиться на охоту - без револьвера.

Том был явно не в духе - возможно, думал Авери, из-за выпитого вчера виски. Но после небольшой речи о бесплодности попыток поймать дичь голыми руками Том все-таки отправился охотиться. Походив по берегу, он подобрал несколько удобных камней и направился в лес. На этот раз Авери никак не стал его ограничивать. Единственное, о чем он попросил - это не заблудиться и часа через три вернуться в лагерь. Рано или поздно, но рисковать придется... Пока ничего страшного не произошло, и Авери начинал надеяться, что грозящие им опасности не так велики, как он опасался. Куда больше его беспокоил мужчина, которого видела Мэри. Но полностью уйти в оборону... это и непрактично, и просто-напросто глупо.