Прошло столько лет, злость уже поутихла, и вот опять всплыло имя ненавистного Полякова. И принес ему вести о нем никто иной, как один неугомонный следователь, ставку на которого Шафирова сделал еще тогда, когда тот заканчивал ВУЗ.

Затем случилось то дурацкое происшествие, касающееся Свиридова, когда племянник его друга организовал нападение на Чапыру, и которое показало, что следователь умен, изворотлив и главное договороспособен, то есть с ним можно иметь дела. И Шафиров начал принимать в судьбе Чапыры самое непосредственное участие, ибо кадры нужно растить свои. Чужие никто не даст, да и с ними уже сложнее.

Вот только он не рассчитывал, что рост карьеры его протеже станет таким стремительным. Думал, минимум пару лет придется его растить. Но тот прямо на старте набрал спринтерскую скорость и начал раскрывать громкие дела, постоянно оказываясь в нужное время в нужном месте. Эта его особенность больше всего и поражала Шафирова.

— А как этот твой нагловатый протеже поживает? — словно подслушав мысли Шафирова, спросил Свиридов.

— Отлично поживает. Карьеру стремительно делает. Уже в столицу пригласили, и не в какой-нибудь райотдел, а в главное управление!

— Ого! — впечатлился Свиридов. — Это ты ему так подсобил?

— Сам пробился. Без посторонней помощи. Все сам.

— Сам? — не поверил Свиридов. — И как это у него так получилось? — спросил он с усмешкой.

— Случайно, — сплюнул Шафиров.

— В смысле? — не понял формулировку опытный аппаратчик.

— Да это он так сам свои художества объясняет, — вновь мысленно сплюнул полковник. — Витя, мне иной раз кажется, что этому парню кто-то свыше ворожит.

Свиридова это неожиданное заявление развеселило.

— Ты в высшие силы на старости лет уверовал?

— Смейся, смейся, но я порой не вижу другого объяснения. То, что совершает Чапыра — это просто невозможно, а он плюет на это «невозможно» и делает. Ты знаешь, что он уже двух серийных убийц поймал? И сделал это походя! Ну ладно, второй, там он хотя бы с материалами оперативного дела ознакомился. Но первого-то он вычислил после того как пообщался с ним не более получаса! Знаешь, некоторые вещи даже выдающимися аналитическими способностями не объяснить, если предположить, что они причина его успехов, — задумчиво закончил полковник.

— Говоришь, Чапыра уезжает? — занятый своими мыслями, переспросил Свиридов. — Значит есть чем обрадовать сестру. Скоро ее ненаглядный сыночек сможет вернуться в город.

— Ты про племянника? — уточнил Шафиров. — А он что не в городе?

— Нет, конечно. Сестра после того случая Кирилла в Воронеж к родственникам по мужу отправила.

— Зачем? — удивился полковник. — Вы же с Альбертом обо всем договорились.

— Договорились-то договорись, но лучше подстраховаться. Сам же говорил, что от этого твоего Чапыры можно ожидать всего.

— Договоры он соблюдает.

— Знаешь что, Валера, появится у тебя родной племянник, вот и будешь им рисковать!

Проснулся я не дома. Но комната показалась знакомой, здесь я точно когда-то уже был. На тумбе рядом с кроватью стояла полулитровая банка с водой. Сделав живительный глоток я все вспомнил.

— Писец, — непроизвольно прошептали мои губы.

Я тяжко вздохнул и потянулся за брюками, которые валялись на полу. Чуть дальше на спинке стула висела, как ее туда швырнули, рубашка, а пиджака вообще не было видно. Еще в комплекте не хватало галстука и носков.

На кухне загремела посуда. Ну что ж пора выходить.

— Привет, — я не стал убегать не поздоровавшись.

— Садись, я завтрак приготовила, — развернувшись от плиты, Ольга поставила на стол две тарелки с омлетом.

— Я в ванную, — выгадал я себе небольшую отсрочку. По лицу женщины было видно, уйти без разговора мне не позволят.

— Я понимаю, ты вчера пришел потому что был пьян, — начала она, когда я вернулся и занял место за столом.

— Не так уж я был пьян, — поспорил я. Для нее это было важно. — И пришел я потому что хотел прийти.

— А сейчас ты уйдешь потому что хочешь уйти, — грустно произнесла она.

— Оля, ты же сама меня тогда выгнала, — напомнил я ей. — Ты сказала, что от меня одни неприятности и попросила оставить тебя в покое.

— Но ты не оставил! Ты хоть помнишь, что вчера говорил мне?!

Еще бы я не помнил. Алкоголь — зло.

— Я так понимаю, твое предложение больше не действует? — Ольга смотрела мне в глаза и требовала ответа.

Я отвел взгляд. Предложил я ей вчера ни много ни мало, бросить все и уехать куда подальше. Она в ответ закидала меня аргументами, почему это делать не стоит. Но я отмел их всех. И она не выдержала моего напора.