Чтобы впрягаться в серьёзные игры, нужны игрушки аналогичного качества.

Освободившись, Ганс забежал на секунду к себе и запихал в сумку десяток волшебных минералов. Он спешил: сегодня или никогда. Один из не прошедших отбор учеников принёс записку с нужными сведениями и ценником за услугу.

Не все гильдии и отряды наёмников в Андервуде специализировались на монстрах. Были и те, кто предпочитали работать только с людьми: слежка, шпионаж, подрыв репутации, диверсии, убийства и всё, что портит существование разумных двуногих.

Ганс не мог дотянуться до Арлингов из-за недостатка средств, но сейчас у него на руках кругленькая сумма и вормлинг, что раздобыл важную информацию, обещал всё сделать тихо. Нужно подорвать доверие к известной семье. Если сразу убивать, то поднимется шум.

У них слишком благородная и безукоризненная родословная, так что в поиски виновных впрягутся даже кровные враги. А значит, нужно опозорить род, чтобы убрать не самых лояльных союзников. Запятнать честь.

Сейчас у Арлингов был худой мир с Хисториусами — другой влиятельной семьёй. Их ещё называли Гидрой за многочисленные связи по всей Республике и за её пределами. Разведданные, что получил Ганс, очень дорого стоили и о ведущейся работе знали лишь двое: заказчик и исполнитель. Оба понимали, что если попадутся, то простой смертью не отделаются, но игра стоила свеч.

По итогу младший Хьюз узнал, что Теду Арлингу, племяннику главы семейства, доверили транспортировку и хранение некоего семейного артефакта Хисториусов. Шпион Ганса внедрил своего человека в штат слуг, и раз в неделю получал отчёт о подслушанных разговорах.

Это обычная практика торговцев информацией. Тут рисковали все — если шпик раскрывался, то его тихо душили в подвальчике со слизнями, и дело с концом. Поэтому все деньги Ганса уходили на «зарплату» своему человеку, а тот платил своему. Подобные услуги стоили немало.

По донесениям, ценной вещью была диадема. На Арлингов работал опытный реставратор артефактов, поэтому они вызвались в качестве жеста доброй воли починить семейную реликвию.

Ганс знал место сделки. А также мелкие подробности, вроде маскировки под обычную встречу мещан. Охраны было по минимуму — два человека. Оба мастера душ. Все эти зелёные камни были платой шпиону за проникновение в мастерскую и подмену украшения.

В идеале сделать бы так, чтобы артефактор починил диадему, а потом провести операцию с подменой, но у них слишком мало сведений и глаз. Лишь мелкий пацан и то совсем в другом месте.

Встречу со шпиком назначили в пустующем доме одной умершей престарелой дамы. У Ганса был ключ, так что он быстренько вошёл внутрь, положил на стол сумку и развалился в кресле, пропахшим старческим потом и лекарствами.

Через двадцать минут дверь открылась

— Сделал? — напряжённо спросил аристо.

Низкорослый вормлинг сначала грустно понурил взгляд, а потом пустился в пляс, отбивая ритм мелкими сапогами.

— Ах, ты зараза, — улыбнулся Ганс и забрал артефакт. — Сложно было?

— Все аристократы — такие лопухи — слишком полагаются на грубую силу и магию, — пересчитывая самородки, расплывчато ответил шпион, не желая выдавать свои секреты. — Ну что, — он протянул руку. — До никогда?

С этим человеком младший Хьюз контактировал на протяжении полугода и уже притёрся.

— Да, славно поработали, может, останешься? Посмотришь, как я её сломаю, — улыбнулся он шпику.

— Нет, я там спешу, хочу сегодня же уехать.

— Да ладно, кстати, у меня ещё много заданий… — Ганс забросил удочку в последний раз и многозначительно поднял бровь.

— Извини, дружище, как бы другие планы. Считай я в завязке, — вормлинг бульдожьей хваткой вцепился в сумку и вдруг почувствовал смущение. — Хорошо, — махнул он рукой, — давай ломай её. Я посмотрю.

— Ха-ха, отлично, — радостно подскочил Ганс. — Так и знал, что ты не откажешься от такого зрелища.

— Ещё бы, я ради этого момента все трущобы на пузе облазил, — его кожа ностальгически сошлась в гармошку на лысом затылке, он был низким даже для вормлинга — метр с кепкой, в самый раз для проникновений в чужие дома.

Диадема Хисториусов была сделана из обсидиана, так что, недолго думая, Ганс положил её на массивный каменный стол и обнажил меч.

— Фух, — сжимал он оружие, играя пальцами по рукоятке.

— Давай, сделай это, — подначивал подельник.

— Я сделаю это.

— Ха, руби эту падлу! Пусть утрутся аристократы.

— Ты прав, — Ганс поиграл плечами и глубоко вздохнул.

Замах и меч застыл над головой.

— Чтоб они перебили друг друга, говнари, давай, руби!

И он ударил. Только не по диадеме, а снёс одним взмахом полтела вормлинга. Тот даже не успел понять, что произошло — клинок был настолько острым, что срезал все кости без видимых затруднений.