— Тогда делайте это без оскорблений! Или вы настолько жалкий, что топчетесь на побеждённых? — аристо приосанился и Ник впервые, кажется, увидел дворянскую стать своего друга — тот обычно ходил вразвалочку как какой-то гопарь, а не сын богатейшего клана.

— А ты не побеждённый, — спокойно ответил ему Сомс, — мы с тобой даже не дрались, щенок, ты просто обдристал свои штанишки, сядь! — рявкнул он, когда Ганс вдруг подскочил. — Сядь или выйдешь отсюда вперёд ногами.

— Ганс, — обратился Ник к другу, — пусть скажет что хотел… Он же не просто двоих позвал?

Ноздри аристо гневно раздувались, кулаки сжимались и разжимались, но всё же парень послушался.

— Когда я вижу очередного сынка, играющегося в героя, меня блевать тянет. Вы, кучка зазнавшихся ублюдков, гребёте только под себя. Жрёте в три рыла, становитесь мастерами и сидите по поместьям. А мои ребята рискуют собой. Зачем ты взял руду, тебе мало денег отца? Или для тебя это просто игрушки? Мы похожи, бл**ь, на оловянных солдатиков, да?

Сомс замолчал и аккуратно пододвинул к себе приготовленный заранее документ.

— Посмотри сюда, в глаза мне смотри! — повысил голос командир и пальцем указывал на зелёную печать на бумаге. — Акт осмотра и заключение. Понимаешь, что из вас троих только ты мог взять руду? Ник, насколько помню, пострадавший, в Саймоне я уверен на сто процентов, остаёшься ты. Пародия на благородство…

Аристо снова вскочил, и Нику пришлось держать его за плечи, чтобы он не бросился на командующего Южной базы красных плащей.

— Выйди отсюда, — попросил его Ник. — Выйди давай. Он же провоцирует тебя.

— Отпусти, я эту плешь размажу…

— Ганс, ты дурак, — Ник прошептал ему на ухо, — это сделка, выйди и не мешайся. Наделаешь делов — придётся больше платить.

Ник уже понял, куда клонит старый интриган, но вот его молодому другу гнев застил глаза на фоне вины и раскаяния за преступление. У парня просто буря клокотала внутри и единственное полезное, что он может сделать — это убраться из кабинета.

Дверь снова захлопнулась, и Ник сел обратно на стул.

— Ты хороший парень, Ник, мне нравятся такие, — повертел стилус в руках Сомс и отодвинул от себя документ, не спеша его подписывать. — Думаю, мы найдём с тобой общий язык.

— Для этого не обязательно устраивать концерты, — возразил он.

— Ой, я тебя умоляю, — чуть поднял уголок рта командир. — Мне лишний раз позлить дворянчика за счастье, — он довольно икнул. — Мне вот никто не помогал пробиваться наверх, но это всё лирика, ближе к делу. Будем спасать твоего друга?

— А как же закон, суд и… — Ник неопределённо поводил ладонью вокруг, намекая на священность этого кабинета, — … правосудие?

Он знал, что они договорятся, поэтому пытался добыть больше информации о старом офицере. О том, как он мыслит и с чем им предстоит иметь дело, ведь тот вырастил и воспитал Саймона. Считай, заменил отца.

— Возможно ли помочь Гансу?

— Это невозможно, — нетерпящим возражений тоном сказал Сомс и снова взял листок в руку, — но мы это сделаем.

После этих слов акт вспыхнул, и пламя постепенно уничтожило бумажку, способную разрушить жизнь его друга.

— Мы поступим так: ты войдёшь в ряды красных плащей, но, — предвидя его реакцию, тут же добавил, — внештатным. Ты будешь как представитель Южной базы. Без опознавательных знаков, само собой, — он сверил его оценивающим взглядом. — Ты хоть и Жнец, но право носить плащ пока не заслужил.

Ник пожал плечами.

— Не сильно-то хотелось.

— Вот и хорошо. Назначим дату и всенародно об этом объявим. Теперь о частностях. Если Саймону важен дворянчик — пусть тоже впрягается. С вас я жду одну вылазку за красную черту в месяц, бесплатно, — уточнил он. — А также вы не можете отказаться от оплачиваемых заданий Юга. Что скажу, то и возьмёте.

Это было больше похоже на жёсткий шантаж — в неисследованную зону отряды отправлялись, даст бог, раз в полгода-год, а здесь каждый месяц… Плюс они не могут отказаться от заданий. Сильно же он закрутил им гайки.

Сомс хотел повысить эффективность подконтрольного ему объекта. Это могло означать только одно — он рвётся наверх. Что выше поста командующего? Правильно, членство в Совете Республики. В дело пошла политика и грязные игры. Чёрт, он так не хотел мараться.

— И как долго, — Ник тщательно подбирал не матерные слова, — нам заниматься этим?

— Сколько потребуется, — безэмоционально ответил герр Сомс, показывая всем видом, что беседа закончена.

Вот как. Похоже, жажда власти совсем застила глаза этого вояки. А ведь Ник вначале даже симпатизировал ему: поставил на место Саймона, чтоб спасти своих людей. То есть боялся за их судьбу, но сейчас, видя, какими методами работает алчный старик, Ник начал догадываться, почему сенсей ушёл из красных плащей.