— Кто будет убивать?

— Это не важно. Если не веришь, можешь сразу после меня выйти, только в замес не лезь. Тебе за меня пули ловить ни к чему.

— Это уж я сама решу, — она встряхнула гривой пепельных волос. — Но ладно. Только смотри, сбежишь, я тебя найду и яйца отрежу.

Она мне нравилась все сильнее. Я поцеловал ее еще раз, встал, вытряхнул себе в рот несколько капель из банки энергетика, и двинулся на выход из клуба. Насчет Рейнбоу Ив ошибалась, я увидел ее у самых дверей, и она сосалась с каким-то высоким чернявым парнем. Впрочем, скорее всего, скоро ее действительно будут драть в туалете.

Воздух на улице был прохладным, но свежести в нем не было никакой. В Новой Москве вообще мало мест, где можно почувствовать свежий воздух. Разве что дорогущую климатическую установку себе в квартиру поставить, но она и места занимает столько, сколько в моей жилой ячейке и нет.

Я повернулся и двинулся в сторону, где припарковал машину. На ходу расстегнул кобуру с «Климовым», достал пистолет, дослал патрон, щелкнул рычажком предохранителя и перепрятал ствол за пояс по курткой, чтобы в случае чего, его можно было легко достать.

Интуиция меня не обманула, и когда я дошел до угла здания, чтобы свернуть, трое затупили мне дорогу. За спиной я тоже услышал шаги. Кто-то прятался под модулирующим полем? Может быть, и так.

И это наемники, что точно. Причем не какие-нибудь бичи вроде тех, которых на меня натравил обиженный пиджак. Это крутые парни.

А, да я же одного из них знаю. Он ведь вместе с нами брал конвой, один из тех, кого Шелк привел в последний момент. Ну, значит, это не случайные люди, а их прислали по мою голову. Ну, посмотрим.

Я совсем чуть-чуть повернул голову, и увидел на стене две тени. Яркие фонари на этой улице, ничего не скажешь. Значит их тут пятеро, на одного.

Чтобы убить меня хватило бы и пары: водителя и стрелка. Хотят попытаться взять живым? А зачем им это?

Или просто боятся? Я ведь того, который Чеха расстрелял, тоже распластать умудрился, причем его же ножом.

Как же тебя зовут, упырь? Что-то с деревьями связано. Дуб, кажется, прямо как бас-гитариста «Арии». Забавно.

— Здорово, Молодой, — сказал он.

— Я тебе здоровья желать не буду, пидор, — ответил я. — Чего надо?

— Да ничего особо не надо, просто спросить хотел, как выжил, — сказал он. — Собственно говоря, тебя только поэтому еще не кончили. Иначе бы пристрелили из проезжающей машины, да и все.

— Шелку интересно? — спросил он. — Или Фанату? Кто из этих гондонов тебя прислал?

— Фанату? — Дуб вдруг расхохотался. — А ты что это, думаешь, Фанат тебя кинул, и приказал Чеха кончить? Не, этот мудила никогда на такое не решился бы. Шелк меня прислал, он, да. Сказал, что лично в тебя полтора десятка пуль всадил, а ты, видите ли, своими ногами по земле ходишь.

Стоп, так Фанат не виноват? Или мне сейчас пиздят? Нет, вообще не похоже на ложь, говорит он открыто и честно.

— То есть, вы Фаната наебнули? — спросил я. — Кинули его на груз, и на девчонку?

— Ага, точно! — ухмыльнулся Дуб. — Так что теперь у него ни денег, ни авторитета, ни лучшего друга. Ни хрена не осталось, кроме его сраного клуба. Да и тот спалим скоро к ебеням.

Ну что, Фаната из списка на ликвидацию вычеркиваем. А вот пообщаться с ним все равно нужно. Мужик он умный, связи у него по-прежнему есть, что бы там не говорили бы. Думаю, он впишется и поможет мне. Хотя бы чтобы отмыть свое имя, ведь если кто-то сольет «ИнвестТеху», что это он организовал нападение на конвой… Нет, нужно договариваться с ним, а заодно и с Эрнестом, чтобы защитили решалу от гнева другой корпы.

— Не успеешь, — покачал я головой. — Но вообще, ты кстати встретился. Расскажи-ка мне, где Шелк, а потом съебись с дороги. Может быть, жив останешься.

— А ты наглый, Молодой, — хмыкнул он. — Нас пятеро, ты один. И мы тут не лохи какие-нибудь. Так что лучше…

— Ты про Князя слышал? — перебил я его.

— Слышал, конечно, кто про него не знает, — ответил он.

— Он бы вас пятерых в одиночку переебашил бы?

И не дожидаясь ответа, долбанул его левой ногой в низ живота. Ботинки военные, крепкие, с металлическим носком, а вот чтобы кто-то ставил себе металлическую мошонку, я пока не слышал.

Ушиб половых органов. Болевой шок.

Левая рука вылетела в сторону, врезаясь в челюсть еще одного из наемников, правая нырнула под куртку и обхватила рукоять пистолета. Сам я бросился вправо, толкая еще одного противника — женщину с длинными каштановыми волосами.

Перелом челюсти. Потеря сознания.

Провел подножку, заваливая наемницу на асфальт и тут же получил по хребту чем-то тяжелым.

Удар тяжелым тупым предметом. Ушибы мягких тканей.