– Говори, где ты.

Называю место, и Тим присвистывает, удивляясь, как я могла удалиться на такое значительное расстояние.

– Ты приедешь? – Голос срывается на всхлип, потому что единственный человек, которому я небезразлична, в данный момент разговаривает со мной.

– Конечно, любимая. Обязательно тебя заберу. Сейчас, когда ты осталась одна, я тот, кто позаботится о тебе.

Замолкаю, окрылённая признанием Тимура. Мы встречались, проводили вместе время, лишь изредка заводя разговоры о совместном будущем, но сейчас внутри раненой птицей бьётся надежда, что кому-то на этой земле я нужна.

– Мы будем в центре ровно в восемь утра, – произносит блондин, указывая на телефон.

– В центре города. В восемь, – повторяю Тимуру. – Я буду тебя там ждать.

– Выезжаю прямо сейчас. Только, Майечка, дождись меня обязательно, – слёзно просит Тим. – Никуда не уходи, не уезжай, поняла?

– Да-да, конечно. Я буду ждать.

– До встречи. Люблю. – Последнее слово разносит в щепки, заставляя почти скулить от важного и неожиданного признания парня.

Не успеваю ответить, звонок обрывается, а я сжимаю в ладони телефон, расплываясь в идиотской улыбке, веря, что теперь всё будет хорошо. Спустя пару минут чувствую колючий взгляд и поворачиваю голову. Блондин, развалившись в кресле и подперев кулаком подбородок, неотрывно сканирует меня. Думаю, ему в принципе незнакома искренность и открытость. По этой причине на дне ледяной прозрачности застыло непонимание.

– Вы сказали «мы», – решаюсь уточнить. – «Мы будем в центре». Значит ли это, что…

– Можешь остаться до утра. Тем более оно уже через четыре часа.

– Вы меня не выгоняете?

– Чтобы, выйдя из подъезда, ты сразу нашла приключения на свою задницу? Мне только шумихи и ментов не хватает под окнами. Завтра вечером я должен быть в другом месте, и возня с тобой в мои планы не входит.

– Спасибо, – мнусь, сцепив пальцы и опустив голову, чтобы не попасть под молот его недовольства, которым сквозит каждый звук, произнесённый им. – Тим обязательно меня заберёт.

– Лучше бы так и было, потому что компанию я не планировал.

И это означает, что в случае отказа Тимура приехать блондин без сожаления избавится от меня. Не хочется слоняться по незнакомому месту и нажить проблем в виде нетрезвых экземпляров с вполне приземлёнными намерениями. В случае повторения защиты ждать неоткуда.

Осматриваюсь, заметив одно спальное место – кровать. Не двигаюсь, ожидая распоряжений мужчины. Раскладывает кресло, которое освободил несколько минут назад, бросает простыни и маленькую подушку, намекая, что спать буду именно здесь. Лучше, чем ничего, потому что я подумала о коврике у двери. Он добрее, чем кажется на первый взгляд, или же я, уставшая и вымотанная, откликаюсь на любую заботу. Оборудую кресло и занимаю горизонтальное положение, прикрываю глаза, исподтишка наблюдая за мужчиной.

Стягивает рубашку с плеч, аккуратно вешая на спинку стула, расстёгивает ремень, оглушая подстёгивающим резким звуком, избавляется от брюк, которые отправляются к рубашке, и остаётся в трусах. Мышцы перекатываются под кожей от каждого движения, завораживая, и я, блуждая взглядом по его телу, успеваю оценить мужские формы. Привлекательные формы. Уверена, женским вниманием блондин не обделён. Но такие, как я, не его уровня. Мужская сила и уверенность, которые он источает, сбивает с ног. С таким и в аду не страшно: защитит, закроет, не позволит упасть. Даже сейчас, находясь в нескольких метрах от него, чувствую себя защищённой от опасного и недоброжелательного мира, стремящегося сломать.

И пока мой взгляд прикован к мужчине, он идёт к кровати и, откинув подушку в сторону, укладывается на спину. И теперь, не опасаясь быть пойманной, нагло рассматриваю сильное тело.

– Ты во мне дыру проделаешь. – Резкий возглас пугает, и я переворачиваюсь на другой бок, чтобы не видеть его.

Молчу, стыдливо закусив губу.

– Влада отказалась вам платить, – начинаю несмело, опасаясь нарваться на грубость, – вы работали на отца?

– Я работаю на себя. Выполнил для него заказ. По правилам часть суммы в момент заказа, вторая после выполнения. Я приехал за второй.

– Вы были не в курсе, что он умер?

– Нет. Виделся с ним две недели назад: здоров, бодр, полон сил. Внезапная смерть в сорок восемь лет вызывает подозрение. Что было написано в заключении?

– Острый инфаркт миокарда. Мачеха позволила мне ознакомиться с документом. Никаких посторонних веществ в крови не обнаружено. Я разговаривала с ним за час до смерти…

Замолкаю, вновь переживая момент ужасного известия, перевернувшего мою жизнь пять дней назад. Похороны, множество лиц, разборки с Владой и осознание своего ничтожного положения, когда в одночасье я стала никем. Никому не было дела до моего горя, и лишь Тим поддерживал и утешал, насколько это было возможно в условиях изоляции.

– Советую углубиться в этот вопрос и более детально разобраться в его смерти. Люди не умирают просто так. Особенно такие люди. Особенно те, кто тщательно следит за своим здоровьем.

И блондин прав. Раз в год папа проходил полное обследование, опасаясь онкологических заболеваний. Причиной смерти бабушки и дедушки стали именно они, поэтому отец был уверен в нехорошей наследственности. Если бы был хоть намёк на проблемы с сердцем, он бы не задумываясь обратился в клинику.

– Для того что выяснить детали, нужны люди. Им нужно платить, и немало. Как вы заметили, у меня даже обуви нет, не говоря обо всём остальном. И дома теперь тоже нет.