– Как это, когда ты один? – Я знаю, что Дамир идёт по жизни в одиночестве, но пока не представляю, что смогу так же. – Когда никто не ждёт, не звонит, чтобы спросить, как ты доехал и хорошо ли себя чувствуешь.

– К этому привыкаешь. Но мужчинам проще. Девочке, особенно такой девочке, как ты, будет нелегко.

– Как я?

– Я наблюдал за тобой. В первую нашу встречу и сейчас, когда мы провели рядом несколько дней. И меня восхищает твоя способность быть открытой, довериться полностью, отважиться на собственную уязвимость перед кем-то. Ты не стыдишься своей слабости, напрямую говоришь о чувствах и страхах. Естественность, которая поражает и даже дезориентирует. Думаю, на это купился и Овод. Дело развило в нас здоровый цинизм, а беды и неудачи других не вызывают эмоций. Мы привыкли, что люди лгут, изворачиваются и готовы пойти по головам ради собственной выгоды. Но ты, уверен, отдашь последнее ради дорогого человека, даже не задумавшись, что останется тебе.

– Папа всегда говорил, что если у меня есть чего-то много, то у кого-то непременно нет ничего. В таких случаях нужно отдавать. Главное, не жалеть. Знаешь, все гоняются за деньгами папы, а мне всё равно. Даже если он ничего не оставил, меня это не расстроит.

– Ты живёшь эмоциями. И они для тебя куда важнее материальных благ.

– Это плохо?

– Это прекрасно. Главное, не потеряй эту способность.

После слов Дамира становится легче и даже дышится свободнее. Словно я кому-то открылась, и меня не высмеяли.

– Долго ехать? – умостившись на заднем сиденье, скидываю кроссовки и подгибаю ноги.

– Часов пятнадцать.

– И как тебе не надоедает ехать сутками? Не скучно?

– Долгая дорога и хорошая музыка – иногда лучшая терапия. Так что расслабься и наслаждайся.

Прислушавшись к совету Дамира, который добавляет громкость, проваливаюсь в свои мысли, в которых всегда Янис и тревога о нём. Где он? Куда едет? Вспоминает ли ту, что нарушила его планы? Нет ответов, только вопросы, которые, скорее всего, навсегда останутся невысказанными.

Проваливаюсь в дрёму, но слышу, как Дамир делает остановку, а в салон пробивается запах бензина. Подкатывает рвотный позыв, который я гашу несладкой водой. В последнее время мне хочется спать, слёзы подступают неожиданно, а чувство тревоги не покидает. Но причина в стрессе и неопределённости, что принесёт завтрашний день.

Вечером въезжаем в небольшой посёлок. Много домов, скрытых за высокими заборами, но тёмные прямоугольники окон подтверждают слова Дамира о владельцах, для которых закончился дачный сезон. Останавливается у милого кирпичного домика и выходит, чтобы открыть ворота.

– Я открыл заднюю дверь, так что заходи в дом. Молча.

Мелкими перебежками в темноте огибаю строение и, юркнув в открытую дверь, жду Дамира.

– Посёлок почти пустой, но по соседству живёт тётя Маша, которая никуда не уезжает. Отношения у нас мирные, приглядывает за моим домом, но лучше ей тебя не видеть. Так что постарайся на улице днём не появляться.

– Поняла, – скидываю кроссовки, чтобы осмотреть дом.

Три комнаты и кухня. Интерьер вполне современный, да и мебель старой не назовёшь.

– Твоя комната – Дамир толкает дверь и, прежде чем включить свет, опускает жалюзи. – Располагайся, всё в твоём распоряжении: кровать, телевизор, шкаф.

– Да мне и положить-то туда нечего.

– Исправим. К тому же становится холодно, у тебя вещей мизер, а из обуви только кроссовки. Завтра съездим в город, пробежимся по торговому центру, купим всё необходимое. Кстати, составь список, чтобы не забыть.

Киваю, соглашаясь на предложение и не смея перечить. Просить сама не решаюсь, но когда он проявляет инициативу, отказываться не стоит.

Ужинаем, обсуждая завтрашние покупки, и расходимся по комнатам. Тепло и безопасно. На следующий день отправляемся в магазин, проведя в нём больше трёх часов. Стараюсь не наглеть, выбирая недорогие вещи. Самое основное, что нужно для жизни, не больше. Дамир убеждает, что в средствах неограничен, но мне всё равно неловко. Не знаю, сколько ещё мужчина будет меня опекать, но пока готов к проблемам, связанным со мной. Поэтому покупает набор посуды, потому что вчера я уже уничтожила кружку и шлёпнулась в душе. Дамиру не сказала, чтобы не беспокоить, но дала себе обещание быть осторожнее.

Возвращаемся в посёлок, и я, пригнувшись, спешу в дом, потому что соседка в зоне видимости, придирчиво осматривает подъехавшую машину. Снова телевизор и тоска по Янису. И как бы я ни гнала мысли о нём, не могу смириться с произошедшим. Представляю нашу встречу и прикидываю всё, что сказала бы ему, в итоге покинув с гордо поднятой головой, но по факту понимаю, что позорно разрыдаюсь и вызову в его глазах только отвращение. Он достаточно со мной возился, чтобы понять: если такая, как я, надолго войдёт в его жизнь, в конце концов терпение закончится и Янис уйдёт в поисках менее проблемной женщины. Да и не увидимся мы никогда…