Пока я усаживался рядом, она серьезно смотрела на меня. Я протянул ей приготовленный стакан. Когда Эми взяла его в руку, я заметил, что запястье у нее перевязано, вернее, перевязаны оба запястья.

– Я же говорил тебе: не пытайся освободиться.

– Ты забыл, что обращаешься к девушке, которая любит причинять себе боль. Или терпеть боль от других. Но теперь понимаю, почему ты сделал это. Ты отправлялся за ним, за Альбертом, и, зная, как я к нему отношусь, понимал, что мне потом не избавиться от чувства вины. Вот и оставил меня связанной, чтобы не участвовала в убийстве.

Я пожал плечами.

– Может быть, просто боялся, что ты станешь путаться под ногами.

– Мэтт, я вовсе не хочу быть такой, - тихо сказала Эми.
– Такой, какой он пытался меня сделать. Поможешь измениться?

Я покачал головой:

– Коль нужна помощь, обращайся к психиатру. Мы можем предложить только скудную еду, морскую болезнь и загар. Временами немного виски, а может быть и...

– Может быть, что?
– спросила она, когда я замолк.

– Немного привязанности. И если тебя устраивают такие условия, давай заводить мотор и побыстрее сматываться отсюда, чтобы ребята могли приступить к работе...

– Мэтт?

– Да?

– Привязанность, - тихо промолвила Эми.
– Не могли бы мы... заменить это слово на "любовь"?

Одно мгновение покорный слуга молча смотрел на нее.

– Что ж, можно попробовать, - сказал я.

Так мы и сделали.