— Да пустое это, — поморщилась Аня. — Толку все равно не будет. Можете просто снять команду с соревнования и не тратить время на эту ерунду.

— Я привык все доводить до конца, — ответил я. — Важен не результат. Важна готовность сделать все для победы.

— Как я тебя понимаю, — Аня вздохнула. — Полинке бы еще позаниматься, но надо так надо. До вечера, сестренка. Ты же ко мне еще забежишь сегодня?

Кому было точно не по себе, так это Ермолиной-младшей, которая не знала куда глаза девать. Она выдавила из себя нечто, похожее на «да», и мы вышли из квартиры. Медузу я с огромным облегчением отправил во внутренний карман куртки. Теперь бы только передать выкачанные знания Тимофею.

В машине Полина сидела, уставившись в окно с разнесчастным видом. Совесть — штука такая, грызет вне зависимости от того, какое решение принято. Наконец Полина не выдержала и выдавила из себя:

— Ярослав, мне нужно с тобой поговорить. Наедине.

— Насколько срочно? — я сделал вид, что не понимаю, о чем она. — До вечера терпит?

— Боюсь, нет.

Она посмотрела на меня расширившимися глазами, в которых набухали слезы.

— Я могу остановить машину и выйти, если разговор короткий, — предложил Серый.

— Я могу просто поставить защиту от прослушивания, — напомнил я, — Но есть и более надежный способ.

Я прикрыл глаза и перешел в снохождение. Полина ответила сразу.

— Аня хочет перейти к Глазьевым, — выпалила она, как в холодную воду прыгнула. — То есть не просто хочет, а переходит.

— А ты?

Она немного удивленно на меня посмотрела. Наверное, рассчитывала на другую реакцию. Фон я ставить не стал — не было желания, кроме того так лучше виделись эмоции, которые Полина скрывать не умела.

— Я тоже должна. Потому что неправильно, когда сестры в разных кланах. Но я не хочу, — она всхлипнула. — Оказывается, Аня уже давно договорилась. А мне только сегодня сказала.

— Но она же целенаправленно готовила из тебя целителя. И начала это не сегодня, — напомнил я. — Причем втайне от меня.

— Она говорила, что хочет сделать сюрприз. Что никогда из мужчины не получится хорошего целителя, потому что вы не такие чувствительные. И что она хочет доказать, что из меня целитель будет лучше, чем из Тимофея.

Она шмыгнула носом и отвернулась, плечи ее совершенно поникли. А ведь ей тоже придется блокировать знания по целительству, внезапно понял я. Пусть их было немного, но даже такое немного значительно усилит Глазьевых. Более того, если не заблокировать, она может передать выученное дальше, потому что ученическим блоком я эту возможность не закрою — не я давал эти знания.

Я взял Полину за руку, чувствуя себя последней сволочью, и пустил медузу, давшую доступ к сознанию. Как ни странно, нынешний вариант нашего общения это позволил, хотя проклятие таким образом было не отправить. Внутри все было затоплено чувством вины, настолько густым, что мне с трудом удалось от него отрешиться и сделать то, ради чего я туда вообще полез, — поставить блок на знания по целительству. Стирать я не захотел. Мало ли как повернется все дальше, а Полину Аня слишком глубоко направила по целительской дороге. Неизвестно, сумеет ли Полина с нее вообще теперь свернуть. Лучше хилый целитель, чем маг с исковерканной судьбой. Но лучше маг с исковерканной судьбой, чем гибель всего клана.

— Полина, давай решим так. Мы всегда сможем тебя принять обратно, если у тебя что-то не сложится с Глазьевыми, — предложил я. — С соревнованиями как?

— Я не отказываюсь, конечно. И твое право меня никак не награждать в случае победы, — торопливо ответила она. — И знаешь… Ты не думай, что мы такие подлые. Аня никогда бы на обман не пошла, если бы не Роман.

— Хочешь сказать, что она всегда была верной, но только ему? — усмехнулся я.

— Да, — с неожиданной горячностью ответила Полина. — Она для него была готова на все, а он только использовал ее что у Мальцевых, что у тебя.

— Твоя сестра тоже неплохой манипулятор, — заметил я. — Ладно, спасибо, что предупредила. Разговор заканчиваем.

— Ты ведь знал? — с какой-то обреченностью спросила Полина. — До того как я рассказала?

Я не ответил, разорвав разговор. Оказалось, пока мы отсутствовали, Серый уже доехал до дома Тимофея и тот как раз выскакивал из подъезда. С ним тоже сегодня предстоит непростой разговор. Я вздохнул.

— Если бы я знала, что все так получится, — неожиданно сказала Полина, — я бы никогда не обратилась к тебе с просьбой о поиске.

Это было серьезное заявление. Полина показывала, что на нашей стороне. Но вряд ли Аня согласится оставить сестру у нас: она уверена, что на той отыграются, когда поймут, что потеряли.

— Не стоит переживать о том, чего не изменить.

Она вздохнула и опять отвернулась к окну. Но вряд ли она там что видела, потому что даже не заметила, как в салон влез Тимофей. После него мы заехали за Деном, который внезапно сообщил:

— Прикиньте, на нас неплохо ставят.

— В смысле на нас? — уточнил Серый.