— Я же сказал — двадцать. За девятнадцать клановцы эту рухлядь у меня с руками оторвут.

— Ну, девятнадцать так девятнадцать. — Соловей с поспешностью воскликнул, как будто опасаясь что Лоотуун повысит цену, — Итого еще осталось шестнадцать тысяч за генераторы и аппарат. Ну и топливо по пятьсот монет за бочку.

— Триста за бочку, — привычно возразил воитель.

— А тара бесплатная, что ли? Четыреста, не меньше.

Легат взглянул на воителя, и тот благосклонно кивнул.

Не желая слушать, как они принялись спорить о том, во сколько нужно оценивать торбы, я распрощался. И в компании четверых легионеров отправился к оружейнику. А то, неровен час, опять что-нибудь еще приключится.

В очередной раз шагая по лагерю, ловил на себе какие-то странные взгляды. Не то чтобы враждебные, а скорее заинтересованные.

Стоило войти в оружейную, как мне в глаза бросился штабель прямоугольных ящиков, очень похожих на те, что мы захватили во время последней миссии.

— А, явился мясник, — поприветствовал меня уже немного пьяный оружейник. Но думаю, для него это скорее не «уже», а все еще.

— И ты здравствуй, мастер. Как там мой заказ?

— Все сделано, — ответил оружейник.

На столе из воздуха проявилось отданное вчера оружие.

Оружейник взял в руки обрезанное ружье и постучал желтым ногтем по прикладу.

— Как я и говорил, получился хороший обрез. Было бы еще время, то и рукоять поменять не мешало, чтобы удобней было стрелять.

— В следующий раз непременно. Мне бы еще патронов прикупить для всего этого зверинца.

— А как же, — услышал в ответ. Возле стола один на другой упали четыре разномастных цинка с патронами, а на стол три пачки с боеприпасом для моего пистолета.

— Цинк с дробью, два с винтовочными, и один с пистолетными патронами, — пояснил Оружейник, не дожидаясь моего вопроса.

В оружейных ящиках, как я и предполагал, оказались полсотни штурмовых винтовок и тридцать тысяч патронов.

— Будешь пересчитывать? — ехидно поинтересовался Оружейник, приняв от меня записку коменданта. — С тебя семьдесят три тысячи за оружие и за боеприпасы

— Торбы примешь в качестве оплаты? Или нужно обменять через Хлодива? — спросил у него, немного обдумав названую сумму.

Оружейник зыркнул на вход и почти шёпотом выдал:

— Зачем же беспокоить уважаемого десятника? Из-за такой мелочи.

Он достал небольшой клочок пергамента, что-то на нем нацарапал и передал мне.

Кривыми линиями на нем красовалась одинокая цифра «15». Похоже, этот прощелыга решил вновь на мне нажиться. Помотав головой и пожав плечами, я тихо произнес:

— Одиннадцать. Впрочем, мне не сложно сходить и обменять торбы на креды. Хлодив не раз просил торбы для обмена.

Внутри оружейника явно сражались две неравные силы: «Жадность» и «Страх». И через минуту непродолжительной битвы он выдавил:

— Одиннадцать так одиннадцать.

Переместив в кольцо все то оружие, что лежало на столе, я одну за другой выложил в ряд запрошенные торбы.

При помощи легионеров мы разместили все яшики в пространственных кольцах и бездонных торбах. После этого, как нагруженные мулы, вернулись к харчевне. Краем глаза я отметил, что с помощью навыка картографии весь путь по лагерю отразился на карте.

— Как все прошло, — спросил Марк Туллий. Он стоял немного скособочившись и потирая спину. Похоже, вес скаута и генераторов оказался не таким уж и малым.

— Приобрел полсотни винтовок и боеприпас. Хватит на небольшую войну.

— Хорошо. В харчевне ничего не забыл?

— Все своё ношу с собой.

Сопровождавшие меня легионеры растаяли в воздухе, а легат скривился еще сильнее и тоже исчез.

Вслед за ним и я завершил миссию, провалившись во тьму безвременья.

Долгая дорога домой.

Вновь оказавшись в личной комнате, я с сожалением бросил взгляд на гору барахла, которая скопилась в ней за все время. Нужно будет по возвращении захватить большую часть с собой, когда опустошатся от оружия с боеприпасами пространственные кольца.

Да, и неплохо бы одно из колец спрятать внутри предплечья, как это было проделано у того же Амбала. Старый лекарь с радостью проведет эту экзекуцию. А вот второе кольцо можно оставить и на виду.