Шрифт:
А ведь стряпчий прав. Сейчас надо использовать любую возможность поправить своё финансовое положение. Восстановление усадьбы, набор гвардии, слуг и СБ, зарплаты наёмников в Пустоши…
Расходов столько, что голова кругом идёт.
Но больше всего меня беспокоят не соседи наподобие Долинского, а те убийцы, что влезли ко мне в дом. Всё, что происходит вокруг меня, видится звеньями одной цепи. Сначала уничтожение Рода, затем уголовник в Архаикуме, следователь Переслегин… И вот уже целая команда отморозков. Идёт по нарастающей. Кто-то хочет меня похоронить. И присылает всё более крутых исполнителей, повышая ставки.
От трупов я избавился с помощью Вжуха. Всё оружие забрал. Но теперь стоит вопрос, что делать дальше. Я усиливаюсь, но против меня работают системно. Здравый смысл подсказывает, что опасность сохранится до официального получения статуса инквизитора.
Значит, нужны союзники.
И, как ни печально это осознавать, но я знаю лишь один Род, заинтересованный в том, чтобы вывозить крем из подвала и обогащаться на этом.
Фурсовы.
Глава 31
Я уже привык к тому, что меня ежедневно пытаются убить.
Наступает ночь — и гости радуют визитом.
Проснулся я без четверти три, в своей временной спальне на первом этаже, поскольку меня разбудило чутьё. В дом проникли очередные упыри.
Вжух не спал.
В углу, рядом с дверью, нечто аморфное перестраивалось, хрустело суставами и сухожилиями, готовилось к атаке. Я решил не наводить суету и понаблюдать за пришельцем. Оброс духовным доспехом и остался лежать с полуоткрытыми глазами. Отдал приказ котоморфу не вмешиваться.
Через несколько минут дверь в спальню приотворилась.
Ко мне скользнула тень с ножом.
Молниеносный удар.
Если бы не доспех, убийца пробил бы мне глаз вместе с мозгом — он пользовался длинным и острым стилетом. Вот только планам гостя не суждено было исполниться. Стилет соскользнул с защищённой глазницы и воткнулся в подушку. Я тут же перехватил левой рукой запястье врага, а кулаком правой зарядил ассасину по рёбрам. С усилением. Что-то хрустнуло, полуночный визитёр зашипел от боли. Я тут же сломал противнику запястье, удерживающее стилет. Правой рукой схватил убийцу за горло, перекинул через себя и прижал к матрасу. Оказавшись сверху, приставил к горлу отобранный стилет.
— Дёрнешься — умрёшь.
Со сломанными рёбрами и запястьем дёргаться нелегко, но я решил дополнительно усложнить жизнь оппоненту. Придавив его грудь коленом, правым кулаком с отросшими ледяными шипами раздробил неудачнику коленную чашечку. Пока одну.
Пардон, неудачнице.
Грудь оказалась женской, да и сама фигурка явно намекала на прекрасный пол. Что ж, меня это не останавливает. Кто к нам с ножом придёт, от кулака и погибнет, хо-хо-хо.
— Уууу, тваарь! — взвыла девушка.
Криво ухмыльнувшись, я сорвал с лица убийцы мэнгу.
Зачастили ко мне шиноби.
— Кто тебя послал?
— Иди в жопу!
— Ответ неверный.
Выламываю палец на здоровой руке убийцы.
Даже в темноте видно, что девушка симпатичная, с азиатской внешностью. Есть лёгкий акцент, но его почти незаметно.
— Я сломаю тебе палец.
— Ты всё равно не жилец, — шипит гостья.
— Это ещё почему?
— Ли до тебя доберётся.
— Кто такой Ли?
— Неважно. Ты сдохнешь.
Отчасти я даже восхищался этой девушкой. Раздробленное колено, сломанная рука, трещины в рёбрах — и всё ещё разговаривает. Не просто разговаривает, а противостоит моему напору, не ломается. Хотя… одно имя я уже услышал.
— Ты можешь умереть быстро, — пообещал я. — Или я скормлю тебя своему питомцу.
Подчиняясь мысленному приказу, Вжух шевельнулся в своём углу и трансформировался в нечто настолько жуткое, что глаза девушки испуганно расширились. В них поселился прямо-таки первобытный ужас. А котоморф, закрепляя успех, пополз по потолку в центр комнаты и завис над нами. До моего слуха доносилось приглушённое шипение и непонятные щёлкающие звуки.
На лицо девушки упала капля слюны.
И шиноби завизжала.
Кто бы мог подумать…
— Тихо, — сказал я. — Это не поможет. На многие километры вокруг нет людей.
В двери нарисовался угловатый силуэт.
— Хозяин, вам нужна помощь?
Гурт.
— Пока нет, — я неотрывно наблюдал за лицом девушки. — Погуляй.
— Как скажете.
Гулкие шаги возвестили о том, что мой приказ выполнен.
Справа мелькнуло что-то длинное, покрытое белыми волосками. Несостоявшаяся убийца перестала орать, но её рот беззвучно открывался, а сердце билось о грудную клетку.