Пройдя по мосту, мы оказались на широкой площади с небольшим фонтанчиком в центре. Главной достопримечательностью здесь оказалось длинное здание, освещенное призрачными, синевато-белыми огнями. У двух массивных, высоких дверей, выполненных под стиль замковых ворот из глубокой древности, толпились люди. Над этими дверьми сияла голограмма логотипа клуба «Новолуние». Луна на ней была объемной и невероятно реалистичной. Под ней красовалась серебристо-белая надпись:

Клуб

«НОВОЛУНИЕ»

– Нам – к служебному входу, – сообщил всё тот же парень, ведя нас мимо толпы у дверей.

– Так это действительно клуб? – спросил я Джима полушепотом – Я имею в виду… ну, это не метафора. Клуб, в прямом смысле слова? Как у нас дома?

– Ну, почти, – кивнул Джим. – Практически, все клубы Горизонта имеют нечто вроде своей штаб-квартиры, типа центрального здания сектора, где вершатся все основные дела и по совместительству там же проживает действующий глава или главы клуба, если таковых несколько. У Блэки это клуб, в прямом смысле слова. Клуб клуба, – он ухмыльнулся, позабавившись нарочно вышедшей у него тавтологией.

Мы остановились у неприметной черной двери, за углом здания. Ведущий нас парень приложил к ней ладонь, не куда-то конкретно, хотя, может и так, но мне лично показалось, что он просто положил руку на дверь, и практически мгновенно что-то внутри нее щелкнуло. Он слегка толкнул дверь вперед, и мы зашли следом за ним в здание.

По узким, темным коридорам нас провели на второй этаж. Мы слышали, как где-то за стеной играет музыка. Проходя сквозь камень, она лишалась основных своих составляющих, и до нас долетали лишь гулкие басы.

Через еще одну неприметную дверцу мы вошли в длинный зал, мрак в котором рассеялся сразу, как только мы оказались внутри, и перед нами предстал длинный стол из блестящего черного пластика, окруженный с двух сторон такого же типа стульями. Во главе стола красовалось массивное кресло, практически трон, разве что без резьбы и украшений.

– Босс скоро придет, располагайтесь, – сообщил всё тот же хмурый пожилой мужчина.

Сопровождающие покинули нас, оставив одних в комнате. Музыка стала еще тише, но ее грохотание и легкие вибрации проникали и в этот кабинет, явно исполняющий функцию зала переговоров. Мы, молча, расположились в самом конце стола, словно интуитивно желая быть как можно дальше от кресла хозяйки, которая не заставила себя ждать.

Массивные двустворчатые двери справа от места босса распахнулись, и в комнату вошла очень высокая и худая женщина. Ее черные как уголь, прямые волосы свободно ниспадали с плеч почти до пояса. Блэки была одета в черные брюки, которые, плотно облагая бедра и ляжки, становились свободными ниже колен и волочились бы по полу, не будь на девушке лакированных туфель с высоким серебристым каблуком, которые добавляли ее и без того не маленькому росту еще сантиметров десять. Сверху на ней была черная рубашка из блестящего материала с серебряными пуговицами и пышными рукавами, покрывающими бледные кисти рук с длинными худыми пальцами, оканчивающимися черными ногтями-коготками. Лицо Блэки, практически лишенное косметики, чрезвычайно бледное, что особенно бросалось в глаза на фоне черной одежды и волос, имело какое-то хищное, звериное выражение. Сложно сказать, от чего создавалось такое впечатление. Прямой нос, широкие скулы, острый подбородок, тонкие бледные губы и зеленые глаза под длинными черными ресницами – всё это вместе сплеталось в образ хищницы, охотницы, готовой в любой момент броситься вперед и напасть на свою жертву, вцепиться зубами в ее плоть и разорвать, убить хладнокровно и без эмоций. Блэки нельзя было назвать красивой девушкой. Интригующей, да, однозначно. По-звериному сексуальной. Но никак не красивой. Не было в ней чего-то, что делало красивой Лилит или Джулию, не было женственной привлекательности. Вместо нее только холод и опасность, не напускные, а реальные. Блэки действительно являлась хищником своего мира, и в этом никто не должен был усомниться.

Я смотрел на эту странную особу, чей возраст было практически невозможно определить, и понимал, что не вижу ни единого сходства с Хирургом. Ну, разве что высокий рост и черные, как смоль, волосы. Больше ничего.

Она прошла, громко выстукивая каблуками по полу, к своему трону. Следом за ней зашли трое, среди них и тот седобородый мужчина, что привел нас в этот зал чуть ранее. Блэки опустилась в кресло, закинула ногу на ногу и внимательно оглядела нас. Двое вошедших с винтовками встали у стены, а мужчина сел справа от своего босса, и все приготовились слушать.

– Ты – Джим Змей? – голос Блэки звучал хрипло, словно был сорван пением или криком, но достаточно громко.

– Рад, наконец, встретится с тобой, Блэки, – кивнул Джим в ответ.

Она лишь криво улыбнулась и перевела взгляд на меня.

– Клайд, – сообщил я, не дожидаясь и без того понятного вопроса. – Это моя команда. Лилит и Ален. Благодарю, что приняли нас у себя.

Её улыбка стала чуть шире и, может мне только показалось, чуть мягче и радушнее.

– Команда называется Когти, верно?

– Всё так, – подтвердил я.

– Это вы бросили вызов Роланду и его Койотам?

– Думаю, что это он нам бросил вызов. А мы лишь приняли его.

– Весьма опрометчиво, Клайд, учитывая, что вам неизвестен противник.

– Согласен. Эта ошибка чуть не стоила нам жизни.

– И мы надеялись, – встрял Джим, – что ты исправишь сложившуюся ситуацию.

– И что я получу с этого?

Джим, похоже, совершено не ожидал, что она поставит вопрос таким образом. Хотя, стоило бы. Конечно, стоило, ведь Блэки – глава мафиозного клуба. Но он, видимо, решил, что их короткий разговор по спутниковой связи уладил все вопросы, и Блэки безвозмездно, на чисто альтруистических началах выдаст нам всё, что мы захотим узнать. И теперь, когда встал вопрос цены, Джим вдруг осознал свою ошибку и не нашелся, что сказать. Мы все молчали.