Лакированная трость застучала по брусчатке.

Вообще, ходить ночью на Кладбище — паршивая затея. Не потому что вторженца разорвут восставшие зомби или кто-то подобный, нет, их тут почти и не было ведь рабочих рук на заводах всегда не хватает. Однако, как и в случае с районом демонов, сама атмосфера ночного Кладбища давит на разум неподготовленного гостя, сводя его с ума.

Страх темноты. Чувство, будто за тобой кто-то наблюдает. Ощущение приближающейся смерти. С заходом солнца Кладбище само по себе становилось очень жутким местом, способным за довольно короткий срок довести абсолютно здоровых разумных до паранойи и шизофрении.

Для начинающих адептов это место служило полигоном, на котором улучшали их взаимодействие с паразитом и его способность сопротивляться атакам на разум. После инициации я провёл здесь довольно много времени, так что гробовая тишина и зловещие тени от могильных плит вызывали скорее чувство близкое к ностальгии, нежели жуть. И даже идущая немного позади тёмная фигура не вызывала страха, ведь это обычный морок, навеянный Кладбищем...

Или нет.

Я спокойно обернулся. Пусто, только виднеются оставшиеся позади ворота. Я развернулся обратно...

— Привет, Марк.

Провалы на месте глаз и разинутый в чудовищно широкой улыбке рот. Траурное чёрное платье и неестественно длинные конечности.

Привратница. Одна из призраков, что следит ночью за порядком на Кладбище и прогоняет незваных гостей. Довольно адекватная девушка, несмотря на кошмарный вид и весьма своеобразное чувство юмора.

— Хелен. Давно не виделись.

— Давно. Я уж думала, ты про меня окончательно забыл, не заходишь совсем.

Про эту приколистку забудешь, как же. Особенно незабываемой была наша первая встреча, когда Учитель дал мне задание пройти Кладбище целиком туда и обратно, но не предупредил о призраках. И когда примерно на середине пути тёмная фигура начала мелькать на самом краю поля зрения, иногда хрипеть в ухо или прикасаться, вызывая мороз по коже...

Учитывая, что мне тогда было всего одиннадцать, а с Марком мы ещё не очень крепко связались, я удивлён что не поседел в ту ночь.

— Учёба. Работа. Нежелание получить скример в лицо.

— Да брось, я делала-то так всего пару раз...

— Поверь, мне хватило.

Под размеренный стук трости мы вместе с Хелен двинулись вперёд.

— Ты ведь к этому старому хрычу?

— Угу.

— Твои друзья уже ушли.

— Да, я знаю.

— Может, ну его тогда? Давай лучше поиграем, записки поищешь!

В ладонях призрака появились маленькие бумажные листки. На них будто детской рукой были нарисованы карикатурные могилы, неестественно длинный человечек и написаны всякие фразы вроде: "Спаси меня" и "Она за моей спиной".

— Только если дашь кристалл.

— Так у тебя же есть!

— Но тратить-то я его не хочу. И вообще твои игры на всю ночь затянутся, как всегда.

Хелен грустно вздохнула. Вроде, услышал-то я только хрип.

— Мелким с тобой было проще...

Ну, ещё бы. Сопротивляться-то я в случае чего не мог, хоть с кристаллом хоть без...

Резная ограда скрылась в туманной дымке позади нас. Могилы же были все одинаковые, как под копирку, так что ориентироваться я мог исключительно по памяти, считая развилки и ища нужный поворот. К счастью, Учителя похоронили не очень далеко, так что и идти мне недолго.

— Марк, насчёт новеньких-то пока ничего не известно?

— У личей какие-то проблемы с паразитами. Да и некому их пока вживлять, так что лет десять никого не будет...

— Э?!

— ...Как минимум.

— Да ты шутишь!

— Неа.

— И что мне тут одной делать все эти годы? Я ж свихнусь со скуки!

Где-то я уже слышал подобные жалобы...

— В Склеп обратись, у жриц похожая проблема. Может, вместе чего надумаете.

Хелен бросила на меня косой взгляд... Вроде, по крайней мере мне так показалось.

— Ты такой добрый. Сам-то к ним как часто ходишь?

— Два раза в год.

— То-то и оно... Ладно, уже чувствую этого старикашку. До встречи, Марк, приходи почаще и после захода солнца.

— Обязательно.

***

"Здесь покоится Иш'мин Максим Витальевич. Да будет богиня благосклонна к его душе."

На Кладбище не делали различий между покойниками. Будь ты адепт или бездомный из трущоб, Мериан уравнивает всех, так что могильная плита, как и надпись на ней, будут одинаковыми за исключением имени.

Насколько я знал, на имперских кладбищах это было не так. За "элитные" места людям приходилось платить порой бешеные суммы, что всегда у меня вызывало недоумение — более бессмысленной траты золота я ещё никогда не видел.