Сейчас, прогуливаясь по краю болота, Мари старательно глядела себе под ноги, поэтому не сразу заметила то, что творилось в небе. А в небе, прямо над макушками старых елей, поднималось зарево. Оно не было пугающим, оно было красивым! Словно невидимая жар-птица взмахивала огромными крыльями, создавая подсвеченные розовыми сполохами потоки воздуха. От взмахов этих не чувствовалось жара. Это был верный признак, что опасность если и существует, то очень далеко. Поэтому можно было не бояться, а просто любоваться столь удивительным природным явлением.

Мари и любовалась, пока кто-то не тронул ее за плечо. От неожиданности она вскрикнула и резко обернулась. За ее спиной стоял Гордей Петрович. Выражение лица его было одновременно удивленное и напряженное, словно он никак не мог для себя решить, злиться ему или радоваться.

— Простите, — сказал он и улыбнулся какой-то вымученной улыбкой.

— Гордей Петрович! — А вот она не смогла сдержать радости. — Что вы здесь делаете?

— Я хочу спросить вас о том же, Мария Ивановна. — Он осторожно взял ее ладонь в свои руки. Кожа его была сухой и горячей. Только сейчас Мари осознала, что, прогуливаясь по болоту, замерзла. — Что вы здесь делаете?

— Гуляю. — Обида, глупая детская обида вдруг захлестнула ее с головой. — Имею я право на прогулки?

— Разумеется. — Взгляд его сделался пристальным и настороженным. — Вы вольны прогуливаться, где вам вздумается, но прошу вас, не нужно гулять по болоту. Есть куда более подходящие для этого места.

— А вам? Вам можно гулять по болоту?

— Мне можно. Я не беспомощная юная барышня.

— Я тоже не беспомощная юная барышня! — сказала Мари с вызовом.

— Ни секунды в этом не сомневался. — Он улыбнулся, на сей раз по-мальчишески озорной улыбкой. — Если позволите, я провожу вас к вашему жеребцу?

Вот как Гордей Петрович узнал, что она на болоте: увидел привязанного у старого дома Султана! Но как он понял, где именно следует ее искать? И зачем ему вообще было ее искать? Но спросила Мари о другом:

— Что это? — Она указала рукой на зарево.

— Это один из оптических феноменов здешнего болота, — ответил Гордей Петрович после небольшой паузы. — Над тлеющими торфяниками воздух нагревается и поднимается. При определенных погодных условиях создается вот такая необычная иллюзия.

— Красиво.

— Так же красиво, как и опасно. — Он протянул Мари руку, спросил: — Прогуляемся?

Ей бы выдержку отца и хладнокровие маменьки, чтобы промолчать. Но, увы.

— Вы сегодня еще не нагулялись, Гордей Петрович?

Он замер с протянутой рукой, склонил голову, словно прислушиваясь к чему-то, слышимому только ему одному. А потом сказал очень тихо и очень твердо:

— Анна Ивановна хотела прогуляться. — Наверное, это что-то означало, но Мари пока не могла понять, что именно. — Она очень непосредственная и очень напористая барышня. Боюсь, у меня не было иного выбора, кроме как составить ей компанию.

Мари молчала, даже не смотрела в его сторону.

— А вам нездоровилось? — Это был скорее вопрос, чем утверждение.

— Мне нездоровилось.

— Но сейчас все хорошо?

— Сейчас все замечательно!

— И я могу пригласить вас на прогулку?

— Мы уже прогуливаемся, Гордей Петрович. — На сердце Мари потеплело, как тогда, когда нянюшка передала ей букет болотных цветов. — Кстати, где вы их нашли?

— Что нашел?

— Цветы. Такое удивительное название — андромеда!

— Вам понравился букет?

— Он прекрасен! Вот только…

— Что?

— Андромеда цветет в начале лета, а сейчас начало осени.

— Я знаю места, — он рассмеялся. — Это болото полно тайн и сюрпризов. В некоторых его уголках можно найти цветы даже зимой. Если хотите, я вам это докажу.