– Времени навалом, - протянул веселый голос. – Стража на защиту поставь, чтобы не пробрались незамеченными.

– Стража уже использовала, - виновато потупилась Халльвега под снисходительным взглядом.

– Хорошо, тогда так.

С этими словами Ханта Даол воткнул свой щит у ног девушки. Мягкая магия опутала в прозрачный стеклянный кокон. Халльвега даже рукой потрогала. Теплый и гладкий.

– А…

Халльвега сфокусировала взгляд на том месте, где недавно стояла высокая фигура небесного элементаля. Пусто. Зато впереди слышны испуганные крики, звуки схватки и веселый звонкий голос, подбадривающий противников. На игры есть целых полчаса.

Небесный город после приобретения камня портала преобразился в самые короткие сроки на деньги элементалистов, перебравшихся на новое место жительства. Исчезли деревья и кусты, с таким трудом все-таки расползшиеся из парка, появились стекла в пустых глазницах окон. Скрип погнутых пластин и труб на крышах домов утих. Пропали покосившиеся балки, которые прежде грозились упасть на отсутствующие головы отсутствующих жителей. Наконец, в рекордные сроки отремонтировали развалившийся кусок стены, который свалился когда-то давно вниз не без помощи одного алхимика.

И все-таки в Акан Эталь Тар жили не только элементалисты. Люди поселились рядом с ними. Для смельчаков отвели специальные гостиницы, дабы не приходилось каждый день возвращаться в города людей. Два золотых в день на дорогу туда-обратно – непосильные траты даже для тех, кому за услуги платят элементалисты. Часть целестиалов тоже предпочли обосноваться в городе. Этим дозволялось иметь дом.

Многие из элементалистов испытали что-то вроде ностальгии по прошлым временам, когда примерно так и обстояли дела. Однако теперь они могли в любой момент податься в города на земле, спокойно ходить возле людей.

На элементалистов больше никто не охотился.

Этим вечером в Акан Эталь Таре было непривычно пусто. Ни людей, ни элементалистов, все покинули его пределы накануне. Знакомо пел ветер, шумел в листве деревьев. Разве что не дребезжало то, что планировало в скором времени отвалиться ко всем чертям. Может быть, именно поэтому город казался каким-то необычным в алых разводах заката, нанесенных неведомым мастером.

Халльвега окинула взглядом площадь, каменные плитки на которой спиралью расходились в стороны и убегали улочками в стороны, напоминая солнце со множеством лучиков. Здесь всегда было малолюдно, теперь совсем пусто. Столько воспоминаний!

Дом, который Тапиар выбрал для них, находился у самого края города, к нему вплотную подступал парк. Халльвеге нравилась зелень. Она даже убрала часть решетки, чтобы можно было без препятствий уходить гулять по парку.

Город меняли по любым прихотям элементалистов. Им здесь жить, так пусть живут так, как нравится. Элементалисты вообще очень просто относились к окружающему. Исключением была их собственная территория. Вот на ней лишь то, что им хочется, и ничего больше. Если не нравится ничего, то будет пусто.

По здравому размышлению как раз в дом Халльвега не пошла. Предположить, что Тапиар будет находиться там, где ему станет лишь хуже, девушка не могла. Это глупо даже для элементалистов. А они не дураки. Просто в некоторых вещах совсем другие.

Некогда разрушенная городская стена сверкала новой кладкой. Цвет ее разительно отличался от остальной выжившей стены и был темно-серым. Строители постарались на славу, чтобы изобразить некий узор по краям, дабы новая часть не сильно била по глазам. Так и получилось. Выделялась знатно, но на удивление гармонично.

Здесь же обустроили площадку, выступающую за границы стены. Огородили бордюром в пол человеческого роста с широким парапетом. Фонарные столбы причудливо изгибались по краям, отчего становились похожи на застывшие порывы воздуха.

Элементалист был здесь. От подножия стены казалось, что на балкончике никого нет. Халльвега заметила фигуру не сразу, лишь когда поднялась наверх.

Она не ощущала того, что чувствовали элементалисты возле архэнталя, сходящего с ума от беспокойства и боли возможной потери. Наверное, это было к лучшему.

С тех пор, как люди пленили Орктара, им не удалось толком поговорить. Сначала Тапиар вернулся в небесный город по просьбе Къярхана за ради непонятных разборок, потом сама Халльвега умчалась претворять смутные планы в жизнь, чтобы сохранить эту самую жизнь пойманному элементалисту. Влип Орктар по самые уши в серьезные неприятности.

Мысли о том, что ей придется объясняться с командующими по возвращении, Халльвега быстренько прогнала прочь. И с ними, и с Вегаром, и еще много с кем. И не понятно, какого из разговоров стоит опасаться сильнее. Ханта Даол обещал прибыть в гости через несколько недель. Там будет видно. Акантар, кажется, помнила имя небесного элементаля.