– Сюда, и аккуратнее.

Разместив начальника внутри раскрывшегося «гроба», Виктор замер, ожидая дальнейших распоряжений.

– Все, свободен, дальше я сам.

– У меня голова кружиться, и мутит. – неохотно признался Виктор.

– И чего? – Мэнь, закрывавший «гроб», даже не обернулся. – Все равно свободен, твой скафандр о тебе позаботился. Иди, не отвлекай.

– Да, товарищ старший лейтенант!

Козырнув, Виктор отправился обратно на боевой пост. Пока он отсутствовал, «Потрясатель» успел погасить скорость, и сейчас неторопливо разгонялся обратно. Адмирал Татибана решил устроить им классические «качели», разгоняясь и тормозя, постоянно держась к ним бронированным носом. Подходить и отходить, остывая в периоды максимального отдаления. Стандартная тактика тяжелых кораблей, беспроигрышная при такой разнице в тоннаже.

Дожидавшийся этого Тан, тут же разразился серией команд.

– Реакторная, турбины стоп, вся мощность потока на перезарядку. Оружейная! Наведение на «Потрясатель», высокоскоростными, огонь по готовности. Доложить, когда вероятность попадания низкоскоростных превысит пять процентов.

– Боюсь что не превысит, - послышался голос артиллериста, - «Потрясатель» пройдет слишком далеко, он сумеет выйти из конуса рассеивания даже на маневровых. Да и не пробьем мы его в лоб, максимум первый слой осилим. Предлагаю бить высокоскоростными до перегрева.

– Убедил. – коротко ответил Тан, - бей по своему разумению. Один зонд навести на линкор, второй на «Даллас».

– «Потрясатель» дал тягу. – забубнил тактик, - Ускорение два десятых, полное. Пятнадцать минут до нуля относительной, удаление 6250.

– Оружейная, огонь вести до двух мегаметров, потом остываем.

– Да, капитан. – артиллерист поднял вверх большой палец. – Задействованы орудия два и три.

– Инженерная, статус первого? – спросил Тан.

Ответа Виктор не услышал, стармех доложил на личном канале капитана, но судя по лицу Тана, носовой гауссовки у них больше не было.

Мало, слишком мало! На угловатом носу линкора вспыхивали и гасли яркие крапинки. Три, одна, четыре, снова одна. Орудия правого борта стреляли по очереди, через каждые пять секунд, что требовались на перезарядку конденсаторов. Полминуты максимальной скорострельности, потом накопители разрядятся, и питание пойдет непосредственно от плазменного потока в реакторе. С учетом одной выбитой и двух незадействованных, выходило где то по пять очередей в минуту на ствол. А ведь с каждой секундой «Потрясатель» удаляется почти на пять километров!

– Оружейная, что с кучностью третьего орудия?

– Что-то с тонкой механикой приводов наведения. – беспомощно пожал плечами артиллерист.

Капитан зло выругался.

– Пилот, вращение по оси на сто восемьдесят. Задействуем четвертое и пятое. Инженерная, у вас полчаса на разобраться с третьим!

Виктор заранее покрепче ухватился за подлокотники. Опять чертово вращение, как будто ему мало головокружения от сотрясения мозга.

Карцев подгадал вращение к очередной перезарядке, уложившись в рекордные шестнадцать секунд. За которые «Потрясатель» удалился на очередные восемь десятков километров. Точнее на 77, ведь он тормозил на полной тяге, все больше и больше сбрасывая скорость.

Три, три, две, четыре. Кучность выровнялась, но с каждым разом все меньше снарядов из очереди находили свою цель. Линкор удалялся, выходя из зоны поражения.

Виктор напряженно косился на датчик температуры. Разогнанный на полную реактор грелся сильнее, чем радиаторы успевали рассеивать тепло. Уже сейчас температура хладагента вплотную подошла к красной черте.

– Дистанция два мегаметра!

– Оружейная, дробь стрельбу! Реакторная, основной на минимум! Тактик, доклад.

– Шестьдесят семь подтвержденных попаданий. Визуально повреждений не обнаружено, косвенно, возможно повреждение ствола верхней башни. Постанализ подтвердил попадание у основания рельсы. Кроме того, было два попадания в правую, но броню башни высокоскоростным не пробить. Возможны повреждения от сотрясений.

– Принял, – не стал развивать тему Тан. Всем и так было понятно, что из гауссовок линкор можно разве что поцарапать. Одна надежда, на «золотое попадание», или на множество прилетов, сносящих все, что торчит поверх броневой коробки.

На этот раз по прогнозам, он решил подойти ближе, километров на 700, видимо рассчитывая достать их в щель между рудовозами. Рискованно, так он мог поразить гражданских, но другого шанса Виктор для него не видел. Сколько раз еще «Потрясатель» сможет повторять свои заходы до критического исчерпания рабочего тела? Раз пять, или шесть? Виктор не помнил максимальную дельту линкора, но сомневался, что ее хватит на большее.

Пристегнувшись, и снова подключившись к корабельной системе жизнеобеспечения, Виктор вернулся к просмотру самого страшного и увлекательного кино в его жизни.

– Реакторная, основной на полную мощность, весь поток на перезарядку накопителей. Оружейная, огонь высокоскоростными с дистанции два мегаметра!

– Да капитан! – напряженно отозвался Туань – Двадцать секунд до открытия огня.

– Капитан! – заорал тактик. – «Венера»!

Сначала Виктор не понял, а потом увидел.

В обрамлении разлетающихся контейнеров, «Венера» медленно складывалась пополам.