Шло время. Сначала я пытался ориентироваться в нем, считая, сколько раз мне подают еду, но очень скоро запутался. Время превратилось в нескончаемую однообразную полосу, прерываемую лишь ослепительно яркими вспышками кормлений. Таинственные хозяева не подавали признаков жизни, но продолжали изучать меня. Они вновь рылись в моих мозгах, проводили физиологические исследования. Однажды я обнаружил отсутствие большого пальца на левой руке, но вскоре он появился вновь. При этом я не почувствовал абсолютно ничего. Это было неплохо даже для высокоразвитой цивилизации.

И вот пришел день, о котором я уже перестал мечтать. Дверь открылась в неурочный час, щупальце мягко подхватило меня и извлекло на свет. Я зажмурился, а раскрыв глаза, едва не застонал от разочарования. Вне всяких сомнений, я пребывал не на борту космического корабля, а на земле планетки с отвратительным названием Кутгар.

Помятый, в истрепанной одежде, насквозь провонявший, с дикой, заросшей густой щетиной физиономией — таким я предстал перед своими неведомыми хозяевами. Аудиенция проходила в просторном помещении, тускло освещенном льющимся из расположенных наверху плафонов светом. В связи с тем, что стены, пол и потолок представляли собой поверхность из совершенно не обработанного камня, я осмелился предположить, что помещение есть не что иное, как гигантская пещера. Центр ее занимал цилиндр, напоминавший поставленную стоймя бочку для вина. Этот цилиндр был клеткой для пойманной крысы. Вокруг, замыкая меня в кольцо, располагались солидных размеров механизмы, неуловимо похожие на прямоходящих живых существ. Я едва не плюнул от огорчения, догадавшись, что имею дело с роботами, причем, насколько я мог судить, весьма и весьма примитивными. Одни из этих роботов были наделены захватами, другие — причудливой формы крюками, у третьих конечности оканчивались массивными наростами, напоминавшими боевой молот — одним словом, малофункциональные механизмы. Ближе всех ко мне стоял металлический громила — я был ему примерно по колено — с блестящим шаром вместо головы и гитантской щупальцеобразной рукой. Это именно он столь заботливо кормил и поил узника, а затем извлек его из заточения.

Я медленно, стараясь выглядеть невозмутимым, рассматривал эту странную компанию. Неужели я очутился в мире роботов, да к тому же таких примитивных! Невольно пришли на память превосходные киборги, которых выпускали заводы Атлантиды. Они могли показаться верхом совершенства в сравнении с этими кусками железа и пластика.

— Привет, железяки, — сказал я без особого воодушевления.

К моему великому изумлению, мне ответили. Голос был искуственным, но не лишенным иронии.

— Здравствуй, крыса!

Я криво усмехнулся. Тюремщики на совесть покопались в моем сознании. Один — ноль в их пользу. Оставалось взять реванш.

— С кем имею честь разговаривать?

— Для тебя это имеет значение?

Я кивнул.

— Да. Ты машина?

— Нет, живой организм, но куда более совершенный, чем ты, биологический примитив, именующий себя гуманоидом.

Я едва не поперхнулся, ошеломленный подобным высокомерием. Впрочем, обитатели Кутгара никогда не отличались ни вежливостью, ни тактом.

— Не спорю. У меня много недостатков. — Я сказал это нарочно весело, но реакция голоса была неожиданной.

— В твоих словах звучит неуместный в данной ситуации сарказм. Не забывай, что ты наш пленник, и мы можем в любой момент поместить тебя обратно в нурну.

— Умоляю, не надо! — поспешно воскликнул я, надеясь, что на этот раз покажусь покорным. Но голос оказался тонким психологом.

— Ну вот, опять. Ты неисправим! Я думаю, нам придется вернуть тебя на место.

— Нет-нет, я обещаю вести себя лучше!

Голос чуть сбавил обороты.

— Тогда будь почтенней.

— Хорошо, я само почтение… — Что ни говори, сарказм прямо-таки лез из меня. — Однако, с кем я беседую?

— МЫ.

— А как нас зовут?

— МЫ. Это имя.

— Странное имя. Вы содружество роботов?

— Ты слишком много хочешь знать.

Это было бесцеремонно, но я решил пока не обижаться. Я настолько отвык от общения, что был готов поболтать даже со своим палачом.

— А вы…

— Заткнись! — велел голос. — Спрашивать будем МЫ!

— Однако!

На этот раз я рассердился. Человек по имени Русий не привык, чтобы с ним разговаривали подобным образом. Кроме того, я не мог уловить, откуда исходит голос, определить принцип действия окружавших меня механизмов. Все это раздражало меня. В голове родилась опасная мысль относительно того, чтобы прощупать этих МЫ жестким излучением, но я поспешно подавил ее, опасаясь, что она будет перехвачена. Негодяй зрентшианец не подавал признаков жизни.

— Что тебе от меня нужно?

Голос упорствовал.

— Тебе еще рано об этом знать. МЫ просто хотели рассмотреть тебя.

Я рассердился еще сильнее. Этот или эти МЫ говорили со мной таким образом, словно и впрямь имели дело с крысой, а не разумным существом, именующим себя человеком. Если МЫ намерены и далее так со мной обращаться, то не стоит ли мне попытаться дать деру назад к моим лютым, но таким милым тварям. Идея была недурна, и я не стал откладывать ее на потом. Придав лицу равнодушное выражение, я стал медленно приближаться к самому безобидному на вид роботу, габариты которого были соразмеримы с моими.